Ее не было долгих десять минут, и Робин испытала невыразимое облегчение, когда в окно кухни ударил свет фар подъезжающего автомобиля. Она побежала в прихожую, где уже стоял Менни, помахивая хвостиком.
– Привет, – распахнув дверь, выдохнула Робин.
А потом разрыдалась.
Мелоди заключила сестру в свои теплые объятия, и та позволила провести себя в гостиную. Менни скакал вокруг, дважды едва не сбив их с ног. Они опустились на диван, и Робин положила голову на плечо Мелоди.
– Прости, по-моему, я потерлась своим сопливым носом о твой свитер, – пробормотала она, вытирая слезы.
– Ничего, там до тебя уже поплакал кто-то из детишек.
– Спасибо, что приехала. Мне просто… не хотелось сидеть одной.
– Всё в порядке, – мягко сказала сестра. – Давай сделаю что-нибудь выпить?
– Ага. Я уже начала.
Мелоди прошла на кухню и вскоре вернулась с подносом.
– Смотри, почти половину уговорила… Весь вечер провела в компании с бутылкой?
– У меня был тяжелый день.
Мелоди налила вина.
– Тебе поменьше, мне побольше. Не хочу повторения того школьного вечера с клюквенной водкой.
– Если мне не изменяет память, шороху тогда навела именно ты.
– А вот и нет. Отлично помню, как потихоньку убирала за тобой блевотину в своей комнате. Все молилась, чтобы папа с Дианой не заинтересовались, что там происходит.
– Да, точно, – улыбнулась Робин. – В твоей спальне потом еще два дня пахло, как в конюшне.
– Ну, за клюквенную водку! – Мелоди подняла бокал.
– За то, чтобы больше никогда не напиваться.
Сестры чокнулись.
– Кстати, о Диане, – вдруг сменила тему Мелоди.
– В смысле?
– Тебе надо к ней зайти, Робин. И вернуть чертов кукольный дом. Она меня уже с ума свела. По несколько раз на дню звонит.
– Сама-то почему не заглянешь?
– Не могу, – напомнила Мелоди. – Она меня не пустит – ковида боится.
– Опять двадцать пять. Тебе ничто не мешает ее навестить. Дети ведь давно привиты, Мелоди!
Сестра отхлебнула из бокала.
– Диана-то не в курсе. В любом случае речь не обо мне, а о тебе и твоем маленьком бунте.
– Замолчи, – Робин предостерегающе подняла палец. – Не строй из себя маму.
Мелоди ошеломленно распахнула глаза.
– Ничего я не строю. Как ты можешь сравнивать меня с Дианой? Я ни капли на нее не похожа.
– Сейчас ты говорила точь-в-точь как она. Быстренько перевела стрелки… Виновата тут только ты, я вообще ни при чем.
– Как это я? А кто спер драгоценный домик?
– Слушай, я не в состоянии держать оборону одна, Мелоди. Тебе следует заходить к матери.
– Только не драматизируй! Мы постоянно общаемся с ней по телефону. Можно подумать, я совсем исчезла из ее жизни!
– Общение по телефону и лицом к лицу – разные вещи, сама понимаешь, – Робин нахмурилась. – Я не готова снова бросаться на амбразуру.
– Снова? – фыркнула Мелоди. – О чем это ты?
– Помнишь, как в детстве, с ее радиопередачей?
– Да ладно тебе. Ты тогда сама приняла глупое решение. Не корчи теперь из себя мученицу.
– Я делала то, что следовало сделать, – вспылила Робин.
В ее голове закрутился вихрь воспоминаний. Звон будильника, пробуждение посреди ночи… Радио, ей срочно нужно бежать к радио…
– То, что следовало, или то, чего желала Диана? – жестко спросила Мелоди. – Это не одно и то же.
Робин готова была придушить сестру.
– Не хочу больше вступать в бессмысленный спор. Ее программа…
– Программа? Всего лишь еще один способ тебя помучить.
Приникнуть ухом к динамику, вслушиваясь в каждое слово, запомнить подробности… Любая мелочь может оказаться важной.
Нет, Робин не хотелось говорить о прошлом. Не сейчас, не после ужасного дня. Она отбросила воспоминания в сторону, сложила руки на груди и вздернула подбородок.
– Если не признаешься маме, что вакцинировала детей, я скажу сама.
– Ты так не сделаешь! – Похоже, Мелоди была в шоке.
– Еще как сделаю! Все равно она когда-нибудь выяснит.
– Дай мне немного времени, ладно? Вот-вот начнутся летние каникулы…
– Прекрати, Мелоди! Я больше не могу! Совсем перестала спать, на работе ничего хорошего, мать сводит меня с ума… Довольно!
Обе тяжело дышали. Робин раскраснелась, сердце ухало в груди, словно паровой молот. Они с сестрой почти никогда не повышали друг на друга голос. Конечно, в детстве иной раз ссорились, потом разговаривали ледяным тоном. Но детство – это детство.
– Ладно, – первой нарушила молчание Мелоди. – Признáюсь. Даже загляну к ней в гости. А если она спросит насчет кукольного дома, скажу, что он тебе нужен еще на несколько дней.
– Спасибо, – судорожно выдохнула Робин и отхлебнула вина, изо всех сил стараясь унять дрожь в руках.
– Прости, не знала, что твои дела настолько печальны.
– У меня все нормально. То есть не очень, но будет нормально.
– Так что сегодня стряслось? – Мелоди придвинулась к ней.
– Боюсь, я не в состоянии об этом говорить.
– Неприятности на работе?
– Ну да.
– Дело в Кэти Стоун?
Робин заколебалась.
– Знаешь, я не могу разглашать…
Сестра мрачно кивнула.
– Тоже хочешь сказать, что мне следует перестать с ней заниматься? – спросила Робин.
– Сама как считаешь?
– Надо продолжать.
– Ну и прекрасно. – Мелоди отпила глоток вина. – Вряд ли Стоуны найдут психотерапевта лучше.
