То, что он называл Темнотой, не было просто отсутствием света. Эта Темнота ощущалась чем-то живым и очень сильным, и в ней пряталось очень многое. Но пугало Лиса не то, что скрывалось в Темноте, а то, что Темнота поедала свет, поглощала цвета, и все вокруг становилось темным или серым. Лис больше всего в жизни боялся посереть. Он знал, что если когда-нибудь станет серым, то никогда не сможет больше рисовать и колдунствовать, а мама никогда не сможет разглядеть его с небес.
Тишина была не такая опасная. Она глушила все звуки, но если светиться Лис никак не мог, то шуметь и петь – сколько угодно.
– Мышкокошка! – позвал он в небо, пугая Тишину. – Крылатый Страж! Звездная Птица! Король Змей! Кто-нибудь!
Деревья неожиданно расступились, и лес пинком вышвырнул Лиса в Беседку, под затянутое тучами небо. Мальчишка перешел дорожку из вытертого разрушенного асфальта и зашуршал по высокой траве. Огоньки в маленьких цветочных домах не горели. Темнота стелилась над землей и, широко расправив черные крылья, парила в небесах, как хищная птица. Она была везде – в сосновом лесу, среди стеблей травы, над головой и даже в карманах Лиса. И спасения от нее не было.
– ЛИС!
Вспышка света ударила мальчишку в лицо, и он ослеп. В какую-то секунду он, закрывая глаза руками, подумал, что это звезды выбросили Светильник на землю, поняв, что он попал в беду. Но кто его тогда звал?
– Вот ты где! – Свет снова ударил по глазам, а потом медленно сполз Лису на грудь и застыл там белым пятном. Лис посмотрел на это пятно и только тогда узнал голос.
– Кит! – Рыжий обрадовался, хотя отлично понимал: друг здесь только потому, что пошел за ним несмотря на все его протесты. – Как хорошо, что ты нашел Лиса!
– Я тоже так думаю, – проворчал Кит. – А то лазишь непонятно где…
Голос его неожиданно прозвучал тише, и Кит растерянно нахмурился, не поняв, что с ним происходит. Зато понял Лис. Тишина, встревоженная появлением друга, попятилась, но теперь атаковала снова. А следом за ней…
– Ой-ой-ой. – Лис потянул Кита за собой в сторону корпусов. Вместе уже не было так страшно. Луч фонарика ножом резал темноту, освещая им путь, трава тихо шелестела под ногами.
– Что? – раздраженно спросил Кит. – Чего такой напуганный? Заблудился?
– Н-нет. – Лис неуверенно улыбнулся ему. – Просто.
– Просто, – передразнил раздраженно Кит. – У тебя все просто.
Луч фонаря бежал перед ними белым кроликом, указывая путь домой. Он вывел их на протоптанную тропинку среди сосен и повел дальше, прыгая из стороны в сторону. Лис завороженно наблюдал за ним, на время забыв о том, что их преследуют.
– Белый кролик, – пробормотал он себе под нос. – Наверное, брат солнечного зайца, о которых все говорят… А Лис вот никогда не видел солнечных зайцев. Наверное, Лис невнимательный.
Кит посмотрел на него так строго, что рыжий тут же замолчал и даже закрыл рот ладонью. Они еще не вышли из леса, когда фонарик неожиданно мигнул и погас. Темнота их догнала.
Кит выругался и заклацал выключателем. Они застыли среди сосен в полной темноте, и Лис закрыл ладонями глаза, чтобы прогнать страх. Проверенное средство совсем ему не помогало. Темнота и Тишина наступали и окружали, и спасения от них не было.
– Да что это за место аномальное… – прорычал Кит, вытряхивая батарейки и снова вставляя их на место. – Все тухнет. Ничего не работает!
– И не заработает, – тихо сообщил Лис. – Потому что Темнота пришла.
– Фонарь потух, оттого и пришла, – огрызнулся Кит, снова упрямо пытаясь оживить фонарик. Он не верил и не понимал, что свет фонарика может пропасть просто так.
– Это не та темнота, – покачал головой Лис, в этот раз стараясь говорить громко. – Это Темнота, а не темнота.
Он очень старался выделить это голосом, но сомневался, что Кит его поймет. У того было очень плохо с пониманием, хотя Лис и недоумевал почему. Кит точно видел Короля Змей, и Тишина с Темнотой по ночам не беспокоили его так сильно, как могли беспокоить других. Получается, он многое принимал и многое умел, но совсем не желал ничего понимать.
– Я тебя не понял, но мне это не нравится. – Страх Кита теперь был виден в темноте. Такой задавленный, робкий страх, который на цыпочках подкрадывался к нему и медленно обнимал за плечи.
Кит растерянно посмотрел туда, где исчезла в темноте их тропинка, потом, прямо как Лис, запрокинул голову к небу, ища звезды, и спросил обреченно:
– Я потом подумаю, как это возможно… Ты знаешь, что с этим делать?
– Не совсем, – признался Лис. – Лис думает, нужно быстро-быстро идти к свету и петь.
– Петь?
– Петь! Очень громко петь. – Он немного взбодрился и потащил Кита по тропинке, почти на ощупь обходя деревья. Тишина скрывала звук шагов, и Лису казалось, что идет он не по иглам, а прямо по ковру из мягкой тягучей Темноты. Она смотрела на них из-за каждого дерева, пряталась за каждой корягой и множилась, превращаясь в тысячи невидимых глаз.
– Лучше всего петь о солнышке! Ты знаешь какую-нибудь песню о солнышке? Тогда пой, а Лис будет подпевать!
– Ты серьезно? – Кит спотыкался, натыкался на деревья, но все еще никак не мог поверить Лису.
– Пой!
