Деревья кричали. Истошно вопили от боли, извивались, тряслись, почти заваливались на землю и снова поднимались в удивительном упрямстве. Ветер с холодной жестокостью опытного палача то рвал их кроны в клочья, то отступал, давая своим жертвам перевести дух. Он выворачивал им деревянные суставы, вырывал листья, соскребал с тел кору. Старые хлипкие стекла и то, что от них осталось, испуганно дрожали, мелкие камушки спасались бегством, прячась в волнующейся траве и натыкаясь на идущих людей. И за всем этим холодно наблюдала луна, окруженная свитой звезд. Более неподходящую погоду для ночной вылазки представить было сложно. Разве что ливень добавить.
– А разве на друзей охотятся? – крикнул Киту на ухо Лис, когда тот схватил художника за шиворот, чтобы его не сбило ветром.
– Чего? – Ветер подхватил вопрос Кита и выбросил где-то над соснами.
Лис то ли каким-то чудом услышал, то ли прочел по губам.
– Разве охотятся на друзей? Почему ты сказал, что мы идем на охоту? Белый Зверь – друг Лиса!
– Да просто так я сказал, ради шутки. Никто ни на кого не охотится.
– Мы в гости идем, значит? – уточнил Лис, перекрикивая ветер.
– В гости, в гости…
Взъерошенная Немо вышла из-за их спин, прикрывая глаза рукой, и стала между ними. Касание ее было холодным, как у призрака.
– Ты тоже хочешь познакомиться с Белым Зверем? – спросила она Кита, крепко сжимая запястье Лиса.
– Я хочу разобраться. Разгадать загадку.
– Ты что-то видел, – резюмировала она, очень точно повторив интонацию Кита.
В свете фонарика Полуночник смог разглядеть, как озадаченно приоткрылись искусанные губы, когда запутанный клубок неспокойных чувств попал к Немо. Она будто сунула руку наугад и теперь придирчиво разглядывала свою добычу.
– Видел. Много всего, но ничего конкретного.
И опять же она ничего у него не спросила. Заторможенно кивнула и закрылась рукой от пыли и острых камушков. Никаких вопросов «почему именно сейчас?», ничего прочего. Это вызывало у Кита мерзкое ощущение, что его видят насквозь. Да, он просто хотел отвлечься наиболее доступным в «Еце» способом – связаться с какой-нибудь странностью.
Фонарик светил ровно, а вот тени, которые порождал его луч, бесновались, скакали в безумной пляске, то разбегаясь, то бросаясь под ноги. Лис то и дело спотыкался, морщил болезненно нос и поджимал ноги. Уже пройдя мимо корпуса Плаксы, Кит увидел, что мальчишка босой.
– Убежали, – скорбно покачал головой Лис. – Не темней, не темней, они правда сами убежали. Просто Пакости нет, занят он, а Пакость их всегда находит… – Он неуверенно шмыгнул носом, очищая его от набившейся пыли. – А Лис теряет снова. А Пакость находит. А Лис теряет. А Пакость находит. А Лис теряет. А Пакость находит. А Лис теряет. А Пакость находит. А Лис теряет. А Пакость находит. А Лис теряет…
– Я понял! – вспыхнул Кит. Болтовню Лиса даже ветер не мог заглушить. Он даже утих на несколько мгновений, словно решил послушать бесконечный рассказ. – А сам поискать никак?
– Никак, – сокрушенно покачал головой Лис. – Они вредные. Убегают. Придется клеем…
– Не придется. – Кит перехватил взгляд Немо и сказал совсем не то, что собирался сказать. – Тебе срочно нужны новые кроссовки. С покладистым характером. Чтоб не удирали.
Он еще мог строго спросить, почему это Лис без носков, хотя сам вручил ему совершенно новую пару, и, насколько ему было известно, Пакость сделал то же самое. У носков, видимо, оказался не менее вредный характер. Кит много чего мог бы спросить, но неожиданно ему стало совсем не до вопросов. Сначала отстраненно молчавшая Немо как-то неловко улыбнулась в пространство и, развернувшись, протянула руку в сторону. Потом – а может, просто показалось – к колебанию и танцу теней прибавилось еще какое-то движение. Это можно было списать на бушующий ветер, но вот только дул он отчего-то с другой стороны. Полуночник не видел ничего подозрительного, не слышал и не ощущал, но повернулся лицом к третьему корпусу и поводил фонариком в поисках того, что невозможно было найти.
Сильный толчок в грудь сбил его с ног. Это не было похоже на сильный порыв ветра: Кит очень четко ощутил, как ему на ребра надавили две сильные лапы, прижимая к земле. Кислый запах раскисшего тряпья ударил в нос, и Полуночник задохнулся.
– Ой, Белый Зверь! – раздался радостный голос Лиса. – Не бойся, он с тобой здоровается! Ты ему нравишься!
– Ты чувствуешь его? – Голова Немо заслонила звезды. Фонарик валялся в траве, пугая загадочных обитателей цветочных поселений. – Чувствуешь?
Кит осторожно вытянул руки перед собой, очень надеясь, что к призрачным лапам не прибавятся еще и призрачные зубы. Ничего. Он ничего не видел, ничего не осязал, но каким-то другим чутьем знал, что где-то над ним нависает нечто похожее на большого пса. Он почти видел острую морду с высунутым розовым языком.
– Нет. Не чувствую, – выдохнул Кит, пытаясь выползти из-под вдавливающей его в землю туши. – Только давит что-то. А ты?
