Пон вошёл в замок, затем оказался во внутреннем дворике, где Груб восседал на троне в окружении придворных. Сердце у Пона упало в пятки. Ему не помешали войти, потому что стража знала: это помощник королевского садовника. Увидев его, король Груб помрачнел и нахмурился. Он считал, что именно из-за Пона Гуги Гу так оскандалился с Глорией. Хотя её сердце превратилось в ледышку, она не вернулась во дворец, а исчезла в неизвестном направлении, что Груб расценил как непослушание. Поэтому Груб свирепо оскалил зубы и спросил Пона:
— Признавайся, негодяй, что ты сделал с принцессой?
— Ничего, Ваше Величество. Честное слово, ничего, — забормотал Пон. — Она разлюбила меня, и не желает со мной разговаривать.
— Тогда зачем же ты сюда явился, болван ты этакий? — прорычал Груб.
Пон огляделся, понял, что отступать некуда и, собрав остатки мужества, сказал:
— Я пришёл сюда, Ваше Величество, чтобы предложить Вам сдаться по-хорошему.
— Что? — завопил король. — Сдаться? Да ты в своём уме? Кому это я должен сдаться?
Пон стоял ни жив ни мёртв.
— С-страшиле, — заикаясь, еле выговорил он.
Кто-то из придворных захихикал, но король был не склонен веселиться. Он вскочил с трона и начал охаживать Пона тяжёлым скипетром, который держал в руке. Пон хотел было броситься наутёк, но двое солдат схватили его и держали за руки, пока король не устал лупить его. Потом его вытолкали взашей из замка, и юноша побрёл домой всхлипывая, потому что досталось ему крепко и теперь всё тело его было в синяках.
— Ну как? — весело спросил его Страшила, когда Пон вошёл в свой домик. — Король отрёкся?
— И не подумал, — жалобно ответил Пон. — И к тому же поколотил меня.
Трот очень огорчилась, но Глория осталась равнодушной к страданиям своего бывшего возлюбленного. Кузнечик вскочил на плечо Страшиле и спросил, что теперь они будут делать.
— Продолжать борьбу, — решительно ответил Страшила. — Но теперь пойду я. Мне не страшны ни копья, ни мечи, ни скипетры.
— Почему? — удивилась Трот.
— Потому что у меня в отличие от вас, людей, нет нервов. Даже у кузнечиков есть нервы, а у соломы — нет. Так что я не боюсь ничего, если не считать одной-единственной вещи. Я уверен, что без труда одержу победу над королём Грубом.
— А что это за единственная вещь, которую ты всё-таки боишься? — спросила Трот.
— Им про неё ни за что не догадаться. Ну, мне пора идти в замок и побеждать.
— Ты пойдёшь без оружия? — спросил его Пон.
— Ну да, — сказал Страшила. — Если я буду вооружён, то могу кого-то поранить, а это расстроит меня до слёз. Я лишь захвачу с собой хлыст для верховой езды, что стоит у тебя в углу. Конечно, ходить лучше с тростью, чем с хлыстом, но вы меня за это не осудите.
Пон дал ему хлыст, и Страшила, отвесив всем прощальный поклон, весело зашагал к замку свергать короля.
Теперь пора рассказать о том, что приключилось с Пуговкой, когда он рано утром вышел из домика Пона и заблудился. Этот малыш, как вы уже, наверное, заметили, по невозмутимости очень походил на Страшилу. Ничто не удивляло, не огорчало и не пугало его. Радости и горести он встречал неизменно с улыбкой и, что бы с ним ни приключилось, никогда не жаловался. Это была одна из причин, по которой он нравился всем, кто с ним встречался. Возможно, по этой же причине он постоянно попадал во всякие переделки.
Блуждая по холмам, лесам и долинам, он, конечно, жалел, что расстался с Трот и Капитаном Биллом, но тем не менее это не испортило ему настроения. Вокруг весело щебетали птицы, цвели прекрасные цветы и пахло только что скошенной травой.
«Единственный недостаток в этой стране — это её король, — размышлял Пуговка. — Но страна тут ни при чём».
Луговая собачка высунула свою круглую мордочку из-за холмика нарытой ею земли и уставилась на мальчика.
— Пожалуйста, обойдите мой домик стороной, — попросила она. — А то Вы наступите на него и испугаете детей.
— Ладно, — сказал Пуговка. — Обойду. — И пошёл дальше, весело насвистывая. Вдруг он услышал раздражённый голос:
— Прекратите! Прекратите дурацкий свист! Он действует мне на нервы.
Пуговка увидел, что на ветке дерева сидит старая серая сова, и, усмехнувшись, сказал:
— Слушаюсь и повинуюсь, старая ворчунья. — Он отошёл немного подальше и снова засвистел. К полудню он набрёл на домик, где жила пожилая чета фермеров. Они накормили его сытным обедом и окружили заботой, но хозяин был глухой, а его жена немая, поэтому они не могли объяснить ему, как разыскать домик Пона. Когда Пуговка снова двинулся в путь, он по-прежнему понятия не имел, куда забрёл и где находится.
Если на пути ему попадалась роща, он заглядывал в неё, ибо помнил, что королевский замок окружала роща, а домик Пона был недалеко от замка. Но места были незнакомые. Пройдя через очередной лес, он вышел на поляну, где столкнулся нос к носу с Орком.
— Привет, — сказал Пуговка. — Откуда ты взялся?
