— Не понимаю, зачем Сильвии наводить на Мишеля порчу, — пожал плечами тот. — Если он ей нравится, если она хотела его соблазнить… ну приворожила бы, провела с ним ночь и отправила обратно. Существуют ведь какие-то любовные зелья?
— Существуют, но магии в них мало, — ответила Эжени. — Они вызывают не любовь, а примитивное влечение, проще говоря, похоть.
— Если она хочет, чтобы Мишель был её любовником, зачем погружать его в такое состояние, да ещё и лишать возможности есть? Сильвия, скорее всего, хотела бы сохранить их связь в тайне, по крайней мере, от деревенских, а тут все сразу заметили неладное. Если же он её чем-то обидел, и она хотела отомстить… тоже странный способ. Непохоже, чтобы Мишель страдал: он будто находится во сне, причём в приятном сне.
— Это вообще не похоже на любовные чары, — добавила Эжени. — Влюблённая в него женщина хотела бы, чтобы он пришёл к ней, в то время как сейчас он томится от любви и не может прийти к своей королеве фей, а ждёт, чтобы она сама пришла к нему.
— А феи вообще существуют? — Леон искоса посмотрел на свою спутницу.
— Если верить книгам и легендам — да, но я сама никогда с ними не сталкивалась. Феи — это что-то вроде лесных духов, но зимой они должны спать, поэтому я не понимаю… Вообще должна признаться, что я очень мало знаю о лесных духах.
— Во всяком случае больше меня, — усмехнулся Леон.
Как они и предполагали, циркачи уже слышали о произошедшем и встретили незваных гостей настороженно. Когда Леон и Эжени подъехали, все члены труппы сгрудились вокруг большого костра, и языки пламени плясали на их мрачных, полных тревоги лицах. Грета куталась в широкий плащ, явно с чужого плеча, Аякс стоял, разминая мышцы, сёстры и «человек-волк» прижимались друг к другу, карлик Эцци пристроился у ног Греты. Навстречу посетителям вышел дядюшка Селестен, и на лице его не было даже намёка на извечную улыбку.
— Если вы приехали, чтобы велеть нам уезжать, мы это сделаем, — торопливо заговорил он. — Нам не нужны неприятности. Но я готов поклясться головой, что никто из нас не виновен в том, что случилось с бедным юношей. Сильвия не занимается тёмной магией, она лишь предсказывает будущее! И любой из нас готов поручиться за неё.
— Я пока что не собираюсь прогонять вас из моих владений, — ответила Эжени, спешиваясь. — Я всего лишь хочу узнать правду. Если Сильвия или кто другой причастны к этому, лучше скажите сейчас. Крестьянские толки — как пожар: разнесутся быстро, и вскоре загорится всё вокруг. Но пока что я ещё могу их успокоить.
— Я готова поклясться на Библии, что не причинила никакого вреда юному Мишелю, — из раскинутого неподалёку шатра обычной своей неторопливой походкой вышла Сильвия. — Но вы не поверите клятве цыганки, верно? Я ведь не вашей веры, я не верю в Библию. Цыганки все сплошь колдуньи и блудницы, так здесь говорят?
— Я ничего не имею против цыганок, — Эжени прижала руки к груди. — Я просто хочу знать правду. Ты гадала Мишелю Буше?
— Да, и много раз.
— О чём он спрашивал?
— Это тайна, — Сильвия нахмурила свои соболиные брови.
— Сейчас не до тайн, — затрясла головой Эжени.
— Что ж, я скажу, — протянула цыганка с таким удивительным спокойствием, словно это не над её головой висело обвинение в колдовстве. — Он, как и большинство молодых людей, хотел знать о любви. Полюбит ли его какая-нибудь девушка, будет ли она красавицей, найдёт ли он своё счастье.
— И что ты ответила ему?
— Правду. Я всегда говорю только правду. Карты показывали близость прекрасной женщины рядом с ним — но они предвещали и опасность.
— Опасность исходила от женщины?
— Да, и от леса. Я велела ему держаться подальше от леса, но он только отмахнулся. Сказал, что местные только и говорят про этот лес, в котором якобы живут духи, а он ни разу не видел там ни одного привидения.
— Ему повезло, — сквозь зубы проговорил Леон.
— Я не знаю, что это за опасность, — Сильвия обратила свой тяжёлый взор на него. — Я не ходила в ваш лес, потому что незнакомые места и впрямь могут быть опасны.
— Вы с Мишелем Буше были любовниками? — напрямую спросил бывший капитан. Грета тихо ахнула, дядюшка Селестен возмущённо фыркнул, Эцци пробормотал себе под нос что-то явно нелестное, но Сильвия всего лишь широко улыбнулась.
— Нет, — спокойно ответила она.
— И он не был влюблён в тебя? Или ты в него?
— Меня интересуют мужчины постарше, — так же спокойно ответила цыганка, — а его — женщины помоложе.
— Вам всем следует быть осторожнее, — снова заговорила Эжени. — Местные не доверяют вам, и Бог знает, что они могут сделать. Я постараюсь узнать, что случилось с Мишелем, и успокоить его родных, но не уверена, что это получится. Поэтому если вы солгали, это обернётся против вас самих.
Они с Леоном уже сели в сёдла, когда голос подала одна из близняшек.
— Постойте!
Франческа и Франсуаза неуклюже поднялись, кутаясь в один плащ на двоих, и зашагали к лошадям.
