Сейчас мне казалось странным, что нас всего трое. Даже с учетом того, что Судьбы появляются на свет довольно редко, все равно как-то мало. Рядовых Судеб куда больше. Они в основном присматривают за нитями предначертанного, чтобы сообщить Аиме или бабушке о замеченном значимом изменении. Иногда немного плетут или исправляют. Смотрят в Вечность. А сколько Корректирующих или Оберегающих, которые постоянно живут среди смертных, я не знаю.
На самом деле на моей памяти всерьез никогда не наказывали никого. Уж слишком мы ценны, и каждая важна на своем месте. Бабушка скорее мягко наставляла и советовала. Аима была строгой, требовательной и могла позволить себе несколько едких слов. Карало же предначертанное. Вот как в моем случае с принцем.
С двумя принцами.
Думать о втором, который остался жив, не получалось. При мысли о нем так больно начало выворачивать что-то внутри, что я заставила себя сосредоточиться на чем-нибудь более важном.
Вот, например, осмотреться. Удивиться, обнаружив, куда я пришла. Вернее, куда привело меня замирье. Зачем-то.
Прямо передо мной возвышался громадой камень, в котором, казалось, пылали ручейки огня. Изначального пламени. Сам же камень представлял собой ворота в ту часть замирья, где души ожидали перерождения… или чего-то еще.
Я никогда не бывала там и ничего своими глазами не видела.
Простым Судьбам, пусть и Старшим, ходу туда нет.
В «мертвом царстве» всем заправляла особенная Судьба. Она занималась только мертвыми и стояла как бы вне нашей иерархии.
Мириельда.
Мы никогда не встречались, но мне откуда-то было известно ее имя.
– Камилия? – Ей мое тоже, как выяснилось. – Что тебя ко мне привело? Ты ведь знаешь, что тебе нельзя в мои владения, правда?
Красивая женщина с золотистой кожей, гривой красновато-рыжих волос и миндалевидными, чуть вытянутыми к вискам глазами появилась в окружении пламени. Оно пахнуло жаром и искрами опало к ее ногам и через миг уже затухло на холодных камнях.
Поддавшись внезапной робости, я отступила на шаг.
– Я… кхм…
В бордовом платье с разрезами эта Судьба была вызывающе красива. Но главное – от нее пахло каленым железом, огнем и дымом. Не в точности как от Дэлла, но довольно похоже. Достаточно, чтобы ощущение узнавания болезненно резануло что-то в груди.
– Его у меня нет.
– Кого?
– Твоего принца. Того, ради которого ты сбежала.
Она первая назвала мой поступок так, как он того заслуживал. Но вместо стыда я испытала прилив благодарности.
– Несьена? – переспросила дрогнувшим голосом.
– Несьена у меня нет, – кивнула Мириельда.
Выжить он не мог. Ни единой возможности. Я держала его остывшее тело.
Но вдруг…
– А его отец? – сама не знаю, зачем спросила.
– Отвратительный тип. – Мириельда скривилась, и так у нее это здорово получилось… вот просто мои впечатления от старшего Жиольского выразила. – Переродился недавно.
– Уже?
Сколько же я провалялась на берегу подземного озера?!
– Знаю, мало, следовало подержать его дольше. – Судьба дернула плечом, и я поняла, что она нарушила некие правила, действовавшие по ту сторону камня. – Но выносить его дольше я не могла. Да он же одержим Судьбами! И совершенно не хотел проникаться моей атмосферой, бояться и страдать. Поэтому я вышвырнула его.
Понимаю и не осуждаю ее. Нисколько не осуждаю.
– Надеюсь, меня немного извиняет то, что переродился он рабом на плантации. Ну, знаешь, палящее солнце, кнут, бесконечные перепродажи. Ах да, я, кажется, забыла забрать у него воспоминания о прошлой жизни и обо всем, что случилось потом. – Она пожала плечами и нервным движением разгладила платье на бедрах. – Что поделать, у меня тоже случаются накладки.
Она потрясающая. Неуместно, наверное, так широко улыбаться у входа в «мертвое царство», но я ничего не могла с собой поделать.
– Спасибо, – пробормотала, не зная, за что точно благодарю эту необыкновенную Судьбу.
– Береги себя, – кивнула в мою сторону Мириельда и будто сгорела во взметнувшемся пламени.
Фь. Любят же некоторые эффектные зрелища!
Но, надо признать, этот разговор сумел меня встряхнуть. И дело даже не в Несьене. Несомненно, я все еще горюю по нему, и вряд ли это однажды отпустит меня. Мой прекрасный принц. Лучшая часть ужасной сказки. Мне будет его не хватать. Хотя бы тех моментов, когда я наблюдала за ним, а он и не подозревал о моем существовании. То есть он, конечно, знал о Судьбах, но лично меня не знал. Так обидно! У нас было совсем мало времени! И все же кроме Несьена у меня есть и другие дела. Пришло время разобраться с результатами и последствиями моего пребывания в Эшленде.
Однако прежде чем уйти, я еще какое-то время рассматривала камень.
Изначальное пламя. В нем огромное могущество. А ведь драконы родились именно из этого пламени и до сих пор обладают его частью. От него их силы. И, похоже, опосредованно – силы Джазгаренов. Другого объяснения подобрать не могу. Но как?
