Драконов поблизости не было. Ну, может, парочка кружила над столицей. Но в нынешнем своем состоянии я не смогла бы отличить их от ворон.
По щекам безостановочно лились слезы. Они жгли глаза, затекали в рот, капали с подбородка, делали мокрым платье и лицо Несьена. Я едва могла дышать, и даже всхлипывать не осталось сил.
На лестнице показались черные сапоги. Мне не требовалось оборачиваться, чтобы узнать Дэлла.
Спустившись, он остановился рядом со мной, замер ненадолго. Потом все же сказал:
– Спасибо.
Голова гудела. Не то мне по ней попало, не то это от рыданий. Звуки казались далекими и неразборчивыми.
– За что?
Пальцы запутались в шелковистых волосах принца.
– Ты спасала его, а спасла меня, – произнес Дэлл что-то уж совсем странное и повторил четче: – Спасибо, Камилия.
Услышанное мне не понравилось.
До заторможенного разума не дошло пока, чем именно, но не понравилось точно.
– Что ты имеешь в виду?
– Пока ты не вмешалась, Несьену было суждено умереть во время этой битвы. От моей руки. И как бы я ни перекручивал свои планы, изменить его предначертанное я не мог. Именно поэтому мне было нужно, чтобы ты оказалась во дворце. И я сделал все возможное, чтобы помочь тебе добраться сюда. – Дэлл навис надо мной и с состраданием всмотрелся в застывшее лицо Несьена. – Знаешь, этот мелкий самозванец, пожалуй, был единственным нормальным человеком здесь. И я рад, что на моих руках нет его крови.
На моих зато есть. Несьен погиб, бросившись защищать меня. От рук колдунов по приказу из Силгиана, но и по моей вине тоже.
Вечность, зачем я только вмешалась? Зачем покинула замирье?
Ради вот этого?
– …я жил местью…
Дэлл говорил что-то еще. Много слов. Однако я больше его не слушала. Не желала слушать.
Хватит с меня.
Ниточку нереальности разорвать было легко.
Я возвращалась в замирье.
Место в недрах Вечности, служившее домом Судьбам, не изменилось, будто я покинула его только вчера. Оно никогда не менялось. Залы, смутно похожие на пещеры, заполняли прохлада, полумрак и тишина. Где-то рядом выполняли свою работу Судьбы, плелись нити, менялись жизни, но как-то тихо и будто бы незаметно.
Я лежала на каменном берегу озера Вечности. С одинаковым успехом могло пройти несколько минут или несколько месяцев. Эмоции были приглушены. Я не рыдала, лишь в уголках глаз иногда собиралась влага.
А стоило смежить веки, возникали картинки…
Блеклые образы.
Дэлл спас меня от бандитов, а паучиха соткала платье.
Игнорируя знаки, я забрела в деревню, в которую не стоило заходить. Но я помогла обрести покой одной из Судеб, о чем не жалею. Там же я обрела магию. Так и не поняла зачем. Прибегать к ней всерьез вроде бы не приходилось.
Снова Дэлл…
Штрихи пугающей правды.
Настоящее знакомство с Несьеном.
Безумие его отца.
Следовало еще тогда понять, что мне лучше держаться подальше от них всех. Как можно дальше. Все вышло из-под контроля. И если бы я придерживалась правил, быть может…
Предначертанного не избежать.
От него не уйти.
Так или иначе, а оно все равно сбудется.
Разум целиком принимал реальность, но мерзкое чувство, будто я виновата в смерти Несьена, разъедало изнутри. Наверное, в этом мое наказание за своеволие – знать, что Несьен погиб, спасая меня.
Кажется, я все-таки плакала.
А бабушка, которой надлежало быть равнодушной Судьбой, гладила меня по волосам и тихонько приговаривала:
– Бедная моя девочка… Не так, так иначе, у этого парня не было ни единого шанса выжить. В случившемся нет твоей вины.
Утешения немного помогали.
Участие.
Поддержка.
Немного неуместного в замирье тепла. Почти человеческого.
Хотелось, чтобы прошло побольше времени. Чтобы, когда я вернусь к жизни, времена уже сменились, и от всех, кого я успела узнать во время вылазки в мир, остались лишь потомки.
Знаю, я эгоистка.
Потом подумаю, что с собой делать. И никогда, ни за что, ни в коем случае не отступлю более от неписаных правил. Однажды я уже увидела, во что может вылиться своеволие. Одного раза, пожалуй, достаточно.
Но если забота бабушки казалась привычной, она всегда была со мной добра, то молчание Аимы вскоре начало нервировать. Уж она-то никогда не упускала возможности отчитать Судьбу, которая, на взгляд самой Аимы, справлялась с обязанностями недостаточно хорошо!
Мысль породила беспокойство, которое, в свою очередь, трансформировалось в страх.
Он ужом ворочался в груди, заставляя и меня ворочаться на холодных камнях.
Вкус переживаний был подпорчен.
А голова теперь занята другим…
Я нехотя села. И поспешила отодвинуться от озера как можно дальше: оно выглядело застывшим, совершенно безжизненным.
Вечность все-таки минула?
Простояв довольно долго над замершей гладью, я так и не дождалась ни единой картинки. Это пугало, заставляло передергивать плечами… будто у меня по спине ползал еще один уж.
В попытке собраться с мыслями я оставила озеро в покое и отправилась на поиски кого-нибудь из Старших Судеб. Ну, я так думала в самом начале.
