Страсти по Чернобылю полностью

Машинный зал горел, как порох, кровля плавилась, пожарные рисковали жизнью, чтобы погасить эту кровлю, которую уже 12 лет ставить запрещено!

Пожарные рисковали своей жизнью, многие из них погибли, а что сделало начальство, чтобы как-то защитить их от ожогов, от радиации?!

У пожарных не было защитной одежды, хотя они должны были быть ею обеспечены!

Человек – это загадка. Для меня пьеса Губарева еще раз это подтвердила. Начальник АЭС уехал с объекта для того, чтобы отвезти внуков от опасности, нависшей над каждым, а оператор пошел навстречу смерти, чтобы наладить трансформатор. Начальник АЭС должен был по мере своих возможностей защитить людей от опасности, предупредить их о нависшей угрозе, а он, как последний подлец, сбежал от своих подчиненных, оставляя их одних бороться со смертью.

В пьесе «Саркофаг» меня очень сильно потрясли слова Бессмертного, который просил Лидию Сергеевну Птицыну взять у него костный мозг для пересадки его начальнику АЭС. Все мы виноваты в какой-то мере в катастрофе на Чернобыльской АЭС. Мы проходили мимо равнодушных людей: мы разрешили запустить 4-й блок на 3 месяца раньше срока, хотя знали о многих грехах, допущенных при строительстве. Нам отвечать за эту катастрофу перед будущим поколением. Мы обязаны не допустить подобной катастрофы…»

Бражникова Инга, 9-й класс: «…Что мы знаем и как представляем себе атомную науку? Промышленность, величайшее достижение человека, дешевая энергия. Трагедия Чернобыля заставила задуматься каждого: «Оказывается, мы действительно живем в атомный век!» Губарев говорит: «Если бы прозрение людей наступило раньше, то, возможно, не случилось бы трагедии…» Сколько горя, ужаса, страха пережили люди, оказавшиеся в «опасной зоне»! Сколькими человеческими жизнями заплатили мы за это! Наверное, страшно, когда вокруг внешне все живое, а жить нельзя… Нельзя успокаиваться, забывать о случившемся, иначе может произойти катастрофа! Наверное, каждый из нас должен осознавать: перед людьми новый порог ответственности, ответственности за наше будущее.

А пока каждый месяц в мире происходит одна авария! По данным МАГАТЭ, за последние пятнадцать лет было сто пятьдесят катастроф… Просматривая материалы прессы о Чернобыле, я видела фотографии, читала хронику происходящего, и мне становилось страшно видеть разрушенный блок, ужасающие глаза людей, плачущих, покидающих родные места. Меня не покидала мысль: «Если человек невежда, то рано или поздно он окажется в «Саркофаге». Если человечество не сделает выводов из многочисленных катастроф, все оно будет в «Саркофаге».

Кирмалов Д., 9-й класс: «Людей, которые участвовали в тушении пожара, можно считать поистине героями. Оператор на станции, заранее зная, что получит смертельную дозу радиации, смело шагает в горящие отсеки станции. Физик, даже чувствуя близость смерти, не сдается и твердо работает над расчетами.

Человеком остаться очень сложно, но в такие минуты проверяется: может ли человек перебороть страх и совершить подвиг. Мне кажется, что среди всех пациентов клиники лишь начальник АЭС отошел от своей совести.

Авария на АЭС дала нам понять, что необходимо быть всем вместе. Лишь так люди смогут бороться со злом и несправедливостью».

Ситкин Л., 9-й класс: «Теперь довольно часто в газетах, но телевидению говорят: «Машины становятся похожими на людей». Но, к сожалению, гораздо чаще и куда более опасна другая проблема: люди становятся похожими на машины.

И вот как получается в пьесе: шофер, который сидел в машине и ждал начальника, не подозревая, какой опасности он подвергается, – человек; оператор, видевший светящийся графит, знавший о последствиях, но который все равно пошел, потому что кому-то обязательно надо было идти, – бесспорно, человек; физик, отдавший свою жизнь для того, чтобы люди могли знать, что же произошло, – человек; конечно, пожарный, взобравшийся на крышу реактора, в самый очаг огня и радиации, чтобы спасти жизнь другим, – человек. И даже в велосипедисте-воре осталось что-то человеческое. Но начальник АЭС, в обычной жизни которого ставили и ценили выше и больше, чем и шофера, и оператора, и дозиметриста, и пожарного, и многих других, по сути дела, не человек. Он, узнав об аварии, бросается спасать не тех, которые ничего не знают и находятся в опасности, а своих детей. Кто-то отключил аварийную систему на АЭС. Так решился бы на это оператор или кто-нибудь еще? Вряд ли. И это преступник, равнодушный человек-машина, даже точнее, машина-человек. И не такие ли существа угоняют в Международный женский день самолет, убивая женщину и ставя в опасность многие жизни, среди которых есть и детские? Не по их ли вине случаются беды – вспомним хотя бы пожар на элеваторе, где погибли люди. И вот почему мне хочется еще раз повторить слова Б. Ясенского: «Не бойся врагов – в худшем случае они могут тебя предать. Бойся равнодушных: они не убивают, не предают, но только с их молчаливого согласия на земле существует предательство и убийство».