— Открылось Нам, — продолжил читать законоучитель, — что некоторые злодеи, потерявшие истинную веру, пользуясь высоким званием Наших соратников, исказили основы учения, неоднократно на протяжении многих лет удаляя и добавляя знаки и символы так, чтобы это казалось незначительными ошибками. Но сейчас множество этих проступков сложилось в великое бедствие, ослабляя духов-хранителей. Узнав, что духи открыли Нам это, святотатцы впали в безумие, решив между собой убить Нас и солгать народу, будто бы они нашли Нас в двадцать третий раз, но под именем Нашим поставить одного из своих детей. С великой болью в сердце Мы пресекли зло, исходящее от них, обрубив ствол и удалив корни до мельчайшего кусочка. Но ныне предстоит Нам великий труд, и к нему призываем Мы всех Своих соратников, старших и младших, учёных и доблестных. Повелеваем наставникам и законоучителям извлечь из хранилищ драгоценные рукописи Наших заветов и прибыть с ними на Великий Собор, которому Мы определили быть в Баянголе — священном городе, где никогда не прерывалась проповедь учения Дракона. Пусть те, кого несут реки, отправляются в сезон дождей, когда они полноводны. Те же, кто шествует по суше, пусть отправляются в путь с началом засухи. Но, когда бы ни шли вы, берегите священные страницы как зеницу ока, от влаги ли, жара, плесени или моли. Зная верность вашу, не напоминаю об ужасах Нижнего Мира, уготованных нерадивым.
Правитель области передал свиток одному из гранильщиков и продолжил:
— Повинуясь мудрости Прозорливого, мы отправимся в путь с началом первых дождей, как только соберутся по моему зову наставники малых святилищ. Первый плавильщик Темир Буга займёт мое место на время Собора. Заботиться о вас ему помогут эти четверо избранников Дракона, которых я удерживаю в Бириистэне властью, завещанной мне неустанно Смотрящим-в-ночь. Повинуйтесь им как самому Прозорливому, помня, что помогающий неопытному наставнику возрасти в мудрости тысячекратно увеличивает свои благие заслуги.
По знаку Законоучителя Темир Буга вышел вперёд, и правитель области с плохо скрываемым облегчением расстегнул тяжёлое облачение Лазурного Дракона. Младшие служители споро натянули его на старшего плавильщика, прямо поверх фарфорового панциря. Затем настал черед четверых товарищей. Максару досталась рыжая косматая шуба и щекастая маска Всепобеждающего Громовержца — гневного бога мохнатых островитян. Боргуту — зеленая пупырчатая кожа Крокодила-рыболова. Холому — плащ из посеребрённых перьев птицы-бегуна и боевые веера Стального Феникса. Тукууру — бархатный халат, пушистая метёлка-хвост и хмурая остроухая личина Скального Лиса.
Зарокотали барабаны, запели боевые раковины, и начался Танец Духов. Скальный Лис, верный герольд Дракона, бежал первым. Он то замирал, прислушиваясь, то стремительно бросался вперёд или в сторону, высоко подпрыгивая, кружась на месте, подметая пушистым хвостом путь Правителю Реки. Под тяжёлым парчовым халатом пот градом катился с Тукуура, заливая глаза, а маска то и дело сбивалась, закрывая обзор, но зато он мог выбросить из головы грядущие проблемы, полностью сосредоточившись на лисьей пляске. Оборачиваясь, он видел, как струится за ним тело Лазурного Дракона. Темир Буга не бежал, а словно перетекал с места на место, идеально выдерживая темп, чтобы не сбились с шага восемь знатоков церемоний, несущих его хвост на посеребрённых шестах. Казалось, что древний доспех не сковывает движений пожилого плавильщика, а, как в старинных сказаниях, помогает ему, удваивая силы. Воин не стал надевать тяжёлую маску, и его седая грива развевалась на ветру, сплетаясь с длинными тонкими усами и бородой, точь-в-точь как на изображениях Дракона. Справа от него притопывал, жонглируя тяжеленной палицей, косматый царь островитян, а слева вышагивал, взмахивая крыльями-веерами Стальной Феникс. Боргут в образе Крокодила-рыболова неспешно плыл за хвостом Дракона, обрызгивая народ освящённой водой. Процессия обогнула главный алтарь и двинулась по широкой спирали к воротам Святилища, окружённая храмовой стражей и толпами ликующих горожан. Там, за воротами, их всех ждал Средний Мир с его тяготами, тревогами, опасностями и грузом долга, но пока можно было смеяться и плясать вместе с Лазурным Драконом, хотя бы на время отрешившись от земных забот.
