Аркадий также спросил насчет того, почему здесь у всех замаскировано движение магии в теле. Кстати, у нашего гостя тоже.
— Вы хотите, чтобы я показал вам потоки своей магии? — спросил тот. — Извольте.
(Эти простые фразы даже я понял, потому что ухо уже начало привыкать к местному акценту.)
После чего старший слуга снял маскировку. Я увидел довольно привычную картину движения магических потоков в теле взрослого мага, причем отметил про себя, что этот мужик несколько раз лечил себя (ну или его кто-то лечил) магией от довольно серьезных, вероятно, возрастных хроник, и значит с шансами ему не тридцать-сорок лет, как можно сказать по внешнему виду, а минимум вдвое больше.
Резерв его при этом не впечатлял — он был слабее, чем самый слабый маг в нашей экспедиции. Однако я тут же напомнил себе, что сам по себе резерв в условиях Междумирья мало что значит, куда важнее опыт. А по опыту он наверняка нас превосходит: даже самый опытный наш маг, он же архистратиг, пользуется собственной магией меньше пятидесяти лет. Причем большую часть этого срока вынужден был отрабатывать маломощные однообразные заклятья.
Вообще же, если не брать в расчет магию, вид наш гость имел примечательный.
Среднего для терранца роста, то есть примерно такого же, как я, среднего телосложения, смуглый, он, однако, выделялся странной татуировкой на лице — что-то очень стилизованное из участков почти белой и темно-красной кожи. Эта своеобразная маска сильно искажала черты его лица: убери он ее, узнать его будет трудно. Цвет глаз у него был распространенный, карий, а вот цвет волос, когда он вежливо снял в помещении широкий плоский берет, украшенный длинным пером, ошарашил нас своим ослепительно алым цветом. Как тут снова не припомнить аниме!
Одет «доверенный слуга» был примерно так же, как старший портовой служащий, который опрашивал Вальтрена, только цацек носил в разы меньше. Всего три (кольцо, брошь и медальон) на виду и еще несколько магических артефактов спрятано в одежде. Но при этом сами цацки ощущались мощнее, видимо, лучшего качества. Да и наряд его, тоже консервативных черно-красных цветов, показался мне… Более стильным, что ли? Много лет общения с Риной и моим отцом даром не проходит: качество пошива, покроя, подгонки по фигуре и уместность сочетания деталей наряда бросались в глаза. Да, по всей видимости, Аркадий оказался прав, прислали к нам не абы кого.
Представился этот господин как Симор, без фамилии.
— Спасибо за любезность, — ответил ему Вальтрен, — но мы имели в виду другое.
После чего попытался еще раз донести до нашего соглядатая вопрос о том, почему все маскируют потоки энергии. Что это, правило хорошего тона? Или необходимая защита? И не может ли он нас этому научить?
— Правила этикета нет, вы вольны закрываться или открываться, — сказал Симор, проигнорировав первую часть вопроса. — Но научить я вас ничему не могу, так как не являюсь мастером-преподавателем и мой господин не дал мне такого разрешения.
Однако много другой полезной и условно полезной информации мы от него получили. Например, про то, что никакого особенно дресс-кода нет, разве что на улице нельзя появляться обнаженным. Но внутри своего замка мы вольны ходить как угодно. Что мы спокойно можем использовать любую золотую и серебряную монету для покупки в лавках (их и правда принимают на вес!), но продукты оптом лучше брать на рынке — они и свежее, и дешевле. Рынок работает три дня в неделю, с первого часу до часу шестого (то есть с рассвета до полудня), сегодня он не работает, а завтра работает. Чтобы наша Мегаплатформа вышла из бухты, необходимо разрешение Мастера Равновесия, иначе нас развернут ученики Мастера Стратига.
— Мастера Стратига? — заинтересовался Вальтрен, лукаво поглядев на меня. — Это те, что на драконах?
Слово «дракон» Симор понял и кивнул.
— Мастер Стратиг, — сказал он, потом добавил что-то непонятное и закончил: — На алом лепестке.
«Ясно, — подумал я, — выходит, каждый лепесток контролирует свой Мастер! Мастер Равновесия тут не один… Однако, поскольку база называется Цветком Равновесия, логично предположить, что он тут более-менее главный. И, видимо, в его зоне влияния — центр „подсолнуха“, или, по крайней мере, значительный сектор этого центра!»
— То есть мы пленники здесь? — спросил Аркадий.
— Вы наши гости, — поправил его Симор. — Мастер Равновесия охотно выдаст вам разрешение на вылет, когда пожелаете. Это просто… — он добавил слово, которое, как я крепко подозревал, означало «формальность».
— А если кто-то из нас захочет просто полетать в округе, прогуляться? — спросил я, собрав в кулак все свое знание древнеоросского.
Получилось у меня вовсе не так гладко, как я планировал.
Симор, как мне показалось, поглядел на меня с удивлением и некоторым любопытством, будто не ожидал, что я заговорю. Затем почему-то поклонился мне слегка и сказал:
