…Или не было никакого черного рынка. Это подозрение возникло у нас после того, как Ифигения Платова неожиданно нашла ключ к необычной честности торговцев и всеобщей вере в эту честность.
Началось все опять же с Симора.
Спустя недели три после нашего прибытия экспедиционный нейромаг постучалась к нам с Ксантиппой в спальню, была впущена и попросила:
— Извините за ранний визит, просто я знаю, что после обеда Кирилл собирался прогуляться в город и хотела попросить пораньше…
— В город собиралась я, если у вас важное дело, могу и без Кирилла сходить, — улыбнулась ей Саня. — Хотите кофе?
— Спасибо! — обрадовалась Платова. — Не откажусь.
Наша комната усилиями моей супруги уже преобразилась: Ксантиппа купила для нас постельное белье и занавески, а также доставила с Мегаплатформы кофейную турку. А зерна мы нашли уже здесь, причем, на удивление, они стоили даже не очень дорого! Варили же мы кофе магией огня. И пили его оба так, как предпочитала Лёвка: черным, со специями (Ксантиппа захватила еще с Терры), по маленькой чашечке за раз. Нам это очень помогало.
Не один я скучал по семье! Когда Ксантиппа перебралась в «гостевой замок» на следующий день после своего дежурства, она ночью долго не могла уснуть — точно так же, как я накануне. Ее эмоции при этом образовали такой спутанный клубок, что я толком не мог из него ничего вычленить, а значит, не мог и начать ее успокаивать! Одно было очевидно: она ужасно скучает. Что ж, я тоже скучал!
Потом Саня села в постели, обхватив колени руками, и воскликнула:
— Блин, Кирилл! Первый раз я с тобой наедине, без девчонок и без малышни!
— Как же первый? — удивился я. — Помнишь, мы с тобой ездили на испытания…
— Ну да, но там было другое, — отмахнулась она. — А сейчас они все далеко, никому даже не позвонить! А что если… Я не справлюсь?
— В смысле? — не понял я.
— Мы всегда о тебе заботимся все вместе! Или хотя бы вдвоем-втроем! Ты же ужасно непрактичный, все время в великие думы погружен, поесть забываешь… — Саня почувствовала мое возмущение и тут же подтвердила: — Забываешь-забываешь, не надо мне! И поспать забываешь! Я уже не говорю о том, когда задумываешься и сидишь в норе, как сыч, читаешь всякое! И… Мы друг о друге заботимся тоже, потому что я вот тоже иногда забываю… О всяком. Голову помыть, например, — Ксантиппа вздохнула. — Когда увлекусь. А теперь некому напомнить, и мы только вдвоем против всего мира! Если так чувствуют себя люди в традиционных семьях — нафиг-нафиг, заберите этот бинарный брак куда подальше!
Я расхохотался.
— А Рина боялась, что вы с Ланой привыкните делить меня только друг с другом и начнете ревновать!
— Пф-ф! — Ксантиппа сдула с лица рыжую кудрявую прядь. — Все-таки для такой красавицы и умницы Агриппина ужасно не уверена в себе, я прямо даже не знаю, что с этим делать…
— Что-нибудь придумаем, когда вернемся, — пообещал я. — Покажем ей все вместе, как мы ее любим.
— Она сейчас на четвертом месяце, — вздохнула Ксантиппа. — Уже животик начал расти… А Мила и Таня уже садятся, наверное. А Ваня с Данилой, наверное, к первому классу готовятся…
— А Федя с Кешей и Лёшей опять что-нибудь подожгли, — в тон ей добавил я. — А Серёжа… Даже не знаю, наверное, Ксюша его сейчас чистописанием мучает? Или дробями? Что там по программе… И заставляет Рину с ним истрелийским заниматься?
Ксантиппа усмехнулась.
— А была бы там я, меня заставляла бы математикой!.. — она тут же погрустнела и с тоской добавила: — Ох, как их всех не хватает!
— Мне тоже.
С этими словами я направил к самой Сане максимум тепла и заботы. Она ответила тем же. Мы занялись любовью — медленно и очень-очень нежно — после чего заснуть нам все-таки удалось. Но все же тоска давала о себе знать. Нам пришлось придумать ритуалы, вроде того же совместного просмотра фоток, особенно детских. Ну и кофе тоже. Так-то Саня обычно пьет его с молоком, но, во-первых, местное молоко не внушало нам доверия (коров мы не видели), во-вторых, нам обоим хотелось быть ближе к Лёвке.
Платова Санино искусство варки кофе оценила.
— Настоящий оросский аромат! — удивилась она. — Да вы мастер!
— У меня была хорошая учительница, — улыбнулась Ксантиппа.
— Не то чтобы я вас тороплю, но все-таки интересно, о чем вы хотели меня попросить? — напомнил я.
— Я хочу попробовать взять ментальный слепок с нашего официального шпиона, Симора, — сказала Платова. — Но для этого нужно попросить разрешения. Увы, моего знания языка хватает только на самые простые обиходные фразы! Кроме того, я, признаться, испытываю некоторую робость в его обществе. Он, безусловно, производит впечатление очень уравновешенного типажа, однако с представителями чужой культуры никогда не знаешь! — Платова вздохнула. — Опять же, есть ряд странностей в его поведении, которые меня настораживают. Не согласитесь ли вы переводить мне и ассистировать? Ну и… Охранять заодно, — она чуть смущенно улыбнулась. — Насколько я знаю, вы занимались медицинскими исследованиями.
