Мейв была намерена во что бы то ни стало доказать свою правоту. Она собиралась пересчитать все, чем владела, сравнить свое имущество с богатствами Эйлилла, и, разумеется, выиграть спор. Вначале она, подгоняемая своим бурным темпераментом, промчалась по замку, как на крыльях, отдавая распоряжения и вызывая всеобщее смятение, но потом она немного остыла и стала прикидывать выгоды, которые можно было извлечь из создавшейся ситуации. Мейв стояла в центре большого зала со скрещенными на груди руками и наслаждалась царившей вокруг суматохой. Она просчитывала все заранее и, скрывая усмешку, наблюдала, как Эйлилл дает путаные распоряжения своим заспанным людям, пытаясь заставить их не бросаться всем сразу в одном и том же направлении. Все складывалось отлично, из обычной ссоры можно было извлечь много пользы для себя. Прежде всего, она выиграет спор; вассалы будут потрясены размерами их с Эйлиллом богатства; слуги с пользой для себя потренируются; прибудут вожди, чтобы представить имущество обеих сторон, и можно будет организовать большое собрание, какого не было добрый десяток лет. Это будет время возвращения к славному прошлому. Слабый Ольстер вскоре развалится даже без помощи извне, а оставшиеся от него куски можно будет прибрать к рукам без всяких усилий. Но даже если этого и не случится, сильный Коннот вторгнется в Ольстер и как победитель возьмет себе все, что только пожелает. Для Мейв и Эйлилла наступило время, когда их должны увидеть во главе своих армий, увидеть в них властителей, уверенно ведущих народ к победе. Она организует игры, пиршества и во всем будет первой. Она поведет за собой людей. Раньше веселье было важнее боевого духа состязаний, но она исправит и эту ошибку.
Неожиданно раздалось хриплое карканье, и Мейв непроизвольно подняла голову. Крупная ворона нагло восседала на балке в двадцати футах над ее головой и смотрела на нее. Что-то упало на ее плечо. Мейв нахмурилась и потянулась за луком и колчаном со стрелами. Через несколько мгновений она уже готовилась стрелять, но обнаружила, что птица исчезла. В раздражении Мейв попыталась почистить рукой запачканное плечо, но ее пальцы ничего там не обнаружили. Она взглянула и увидела на плече большое красное пятно, расплывшееся по тонкой ткани. На Мейв пахнуло холодом, и она потуже закуталась в свою шаль.
Внезапно дочери Калатина будто испарились, и я снова обрел способность двигаться. Бесцельно бродя по комнате, я вновь ощутил их запах, а также обнаружил на своем теле дюжину еще кровоточивших царапин. Я был абсолютно уверен, что увиденное мною было реальным, что Мейв и Эйлилл поссорились и что последствия этого события будут весьма далеко идущими. Накинув плащ, я вышел из комнаты. Весь замок превратился в обитель демонов, но мне посчастливилось встретить единственную группу мужчин, не охваченных всеобщим безумием. Среди них находился и Оуэн, разговаривавший с человеком из Ленстера. Это были не вассалы Мейв, а ее союзники. Соответственно, она ими не командовала, и они ее не боялись. А в это время коннотцы мчались из замка по всем дорогам, спасаясь от клокочущего гнева Мейв. Нам, жителям Ольстера и Ленстера, не оставалось ничего, кроме как ждать, поэтому мы стояли и беседовали о женщинах.
