- Впрочем, неважно, какой тут напрашивается вывод, - продолжал Макгвайр. Ведь даже если Сатана убил Дженкинса и занял его место, то все равно у настоящего Дженкинса была раньше своя жизнь, факты из которой всегда можно проверить...
Франкино задумчиво кивнул, соглашаясь с рассуждениями своего помощника.
- Так что мне теперь делать? - спросил тот после недолгой паузы.
Наконец монсеньер оторвался от бумаг и поднял глаза.
- Пусть Бирок еще раз проверит Дженкинса. И еще необходимо достать копии документов о рождении Джозефа Бердета.
- Их ребенка? Франкино кивнул.
- А зачем? - удивился священник. - Чейзен ведь не может быть младенцем. Да и тело, найденное в компакторе, принадлежало взрослому мужчине... И потом, как он может влиять на Часового, все время находясь в детской кроватке?
- Делайте, что я говорю! - сердито проворчал монсеньер. - Я хочу, чтобы ребенка тоже проверили, и все документы о его рождении были у меня. Причем сделать это надо немедленно. Вам понятно?
Макгвайр молча кивнул, потрясенный вспышкой гнева Франкино и таким странным решением насчет маленького Джои.
- Мне надо разгадать, зачем Чейзену понадобился тот спектакль в подвале с избиением, - объяснил монсеньер. - Это тоже сейчас очень важно. Потому что именно этот случай может каким-то образом вывести нас на личность Чейзена.
С этими словами Франкино снова углубился в бумаги, собранные исполнительным Бироком.
Макгвайр подождал еще немного и, убедившись, что разговор закончен, вышел из комнаты.
Глава 16
Дневной смог начал рассеиваться с заходом раннего весеннего солнца. Была половина восьмого вечера. Но улицы никак еще не могли избавиться от бесконечного потока машин. Прошло уже три дня с тех пор, как монсеньер Франкино так неудачно пытался провести старинный обряд на квартире Бэрдетов. За это время случились не очень значительные события: Фэй вернулась на работу, в доме постепенно начали забывать о том неслыханном происшествии, и жизнь понемногу вошла в прежнее русло. Никаких новых указаний от Франкино не поступало.
- Хорошо, что мы решили прогуляться пешком, - сказала Фэй, взяв мужа под руку.
Бен улыбнулся и поцеловал ее.
Они гуляли по Центральному парку уже второй час. Бен встретил жену у выхода с работы на 16-й улице, прямо у здания "Дженерал Моторс". И оттуда они пешком направились к дому через зоопарк и катки.
- Какой чудный вечер! - улыбнулась Фэй, закинув голову и рассматривая верхушки деревьев. Где-то в районе Пятой авеню над домами зависло маленькое облачко, но, не считая его, небо было совершенно чистым. На востоке уже выплыла огромная желтая луна, а у западного горизонта появилась одна-единственная яркая звездочка. - Ты согласен со мной?
- Да, - рассеянно кивнул Бен, продолжая брести вперед. Мысли его были сейчас далеко.
- Этот вечер даже напомнил мне Чикаго, - вздохнула Фэй.
- Правда?
- Конечно... Там такие же чудные безоблачные вечера. Помнишь, как мы любили гулять на закате? И у нас была такая милая маленькая квартирка с окнами на озеро Мичиган.
- И поганая работа в авиакомпании, - добавил Бен. Но Фэй, покачав головой, заметила:
- Да, может быть, мы тогда не слишком шикарно жили, но зато были вполне счастливы.
Он нежно провел ладонью по ее пушистым волосам.
- Я тоже люблю вспоминать Чикаго. Но разве сейчас мы не счастливы?
Глаза Фэй сверкнули в сумерках, как два бездонных колодца.
- Ты говоришь, счастливы?.. Как же можно оставаться счастливым после всего, что нам пришлось пережить за последнее время? Нет, конечно, я всегда счастлива, когда ты рядом. И мне очень хорошо с тобой. Но все равно в душе я перепугана насмерть. И теперь боюсь уже буквально всего. Любой шорох приводит меня в трепет. Я опасаюсь каждой тени. Даже, наверное, своей собственной. Скорее бы все это кончилось!..
- Что "это"?
- Ну, то, что сейчас происходит с нами, - спокойно ответила Фэй, - И пожалуйста, Бен, не надо обращаться со мной, как с малым ребенком. Ты ведь не будешь отрицать, что с нами происходит нечто весьма и весьма необычное. Причем замешаны в этом мы оба. И одному Богу известно, кто еще... Мне только непонятно, почему ты так тщательно пытаешься скрыть от меня всю правду.
Бен остановился, обнял Фэй и прижался лицом к ее волосам.
- Дорогая, я ничего от тебя не скрываю, хотя бы по той простой причине, что скрывать мне абсолютно нечего. И, по-моему, мы уже достаточно подробно все это обсудили. На прошлой неделе, если ты помнишь...
Фэй посмотрела на него пустыми глазами.
- Ну только не делай вид, что ты и в самом деле ничего не помнишь, продолжал Бен. - Ты тогда еще устроила мне целый допрос по поводу моего полета в Сиракузы.
Но тут она резко вырвалась из его объятий, прошла под мостиком и оказалась на соседней аллее Бен подождал немного, а потом решил все же нагнать жену. Становилось уже темно, и он не хотел отпускать ее одну слишком далеко от себя - За это время появились и другие причины, - мрачно заметила Фэй, как только Бен снова оказался с ней рядом, для чего ему пришлось даже пробежаться немного.
- Например? - с вызовом спросил он.
