Я сижу в кресле во главе гладкого, серого и длинного как дорога стола. Справа от меня — малопонятный силуэт. Слева — тоже. Оба похожи на людей, один на мужчину, другой на женщину. Но я точно знаю, что ни тот, ни другой ими не являются.
Они — нечто большее.
Они — неотделимые части меня. Моей души.
При этом они очень разные. Один темен как ночь, другой светел как день. Я их называю просто: Темный и Светлый.
И еще они не могут общаться друг с другом. И связываются только через меня.
— Передай ему, что таким способом они ничего не добьются, — говорит тот, что справа. Светлый.
Я послушно передаю послание.
— Ха! — воскликнул тот, что справа. Темный. — Они всегда считали себя более развитыми. Скажи ему, что он скоро убедится в своей близорукости. Мы скоро покроем все миры.
Я поворачиваюсь к Светлому.
— Передай, что пускай он больше не говорит «мы». Теперь он отделился от них.
Я передаю.
— Пускай заткнется и слушает меня. Скоро ни его, ни кого-то другого никто слушать не станет. Мы проникнем в каждый мир, в каждую душу. Светлые хотели создать свой Исток, но эта задача оказалась им не по силам. Мы же переделаем существующий Исток под себя.
Я снова поворачиваюсь к Светлому.
— Глупец! Невообразимый безумец! Мы хотели создать свой Исток, потому что существующий Исток нельзя трогать. Если его поколебать, то может рухнуть все мироздание. Души, миры — все будет уничтожено.
Я говорю все это Темному.
— Ничего не рухнет. Наоборот, мы возьмем все в свои руки. Мы уже запустили процесс, и никто нас не остановит. Все миры и души станут едины в своей структуре. Тьма — это начало и конец. Тьма поселится в каждом. Так будет лучше для всех.
Я передаю.
— Исток слишком хрупок. Он не выдержит. Мы знаем это. Все знают это. Нельзя прикасаться к тому, что выше тебя. Что создало тебя.
Я больше не могу. Они буду препираться вечно.
— Все, хватит! — говорю я, встав в полный рост. — Каждый из вас в чем-то прав, но и каждый — ошибается. Не нужно создавать свой Исток, потому что невозможно повторить то, что и так совершенно. По той же причине не стоит пытаться его переделать. Надо лишь принять его таким, какой он есть. И жить дальше.
— Но тогда все останутся в его власти, и никто никогда не станет свободным. Лучший способ освободиться — это начать контролировать все вокруг, — возражает Темный.
— Нет, лучший способ — это создать собственную концепцию бытия, — добавляет Светлый.
— Свобода — это иллюзия, — говорю я. — Истинную свободу дает только полное забвение. — Я перевожу взгляд на Светлого. — Твой народ хотел создать свою систему существования, но не справился с взвалившимся на его плечи грузом. В результате вы сами себя погубили.
— Нет. Остался еще мир, населенный моим народом. Милирай.
— Верно, но они закрылись от других миров. А как ты думаешь, почему? Быть может, они поняли, что их прародители совершили ошибку и сейчас таким образом искупают свою вину?
Светлый молчит, потупив взор.
— А вы чего пытаетесь добиться? Хотите контролировать все и вся? — Я перевожу взгляд на Темного. — А чем это чревато, вы пытались понять? Тьма повсюду, тьма во всем… Что за чушь? Тьма — это отсутствие света. И все. Дальше можно не объяснять. Вы вселяете ошибочную философию в умы порабощенных существ, «затемняете» миры, после чего те становятся мрачным подобием былого. Все многообразие красок вы превращаете в черное. Закрашиваете все в один тон. Все после вашего влияния становится пустым, безыдейным, глухим. Велика радость управлять пустотой? Ответь мне.
Темный тоже молчит.
И я молчу. Потому что устал. Мне кажется, что я тут, между ними, нахожусь уже целую вечность. Что мое наказание за грехи — это слушать этих двоих и безуспешно пытаться их усмирить.
Я опять опускаюсь в кресло и обхватываю голову руками.
Я ничего не помню. Кто я? Кем был? Почему сюда попал? Знаю лишь, что должен быть буферной зоной между этими двумя. Между светом и тьмой, белым и черным, добром и злом.
— Они не отступят, — говорит мрачным голосом Темный. — Слишком много миров уже «затемнено». Их сила очень велика. Я знаю, потому что был ее частью. Лучший выход — это не противиться им, а принять все как есть.
— Из-за их действий рухнет все мироздание, — шепчет Светлый. — Если их не остановить сейчас, то потом уже будет поздно.
Я молчу.
— Уже поздно. Тьма попала в Исток. Осталось только укрепиться в нем, — произносит Темный.
«Ничего не поздно, — раздается третий голос. И я понимаю, что звучит он в моей голове. — Можно использовать Светоч».
— Светоч, — говорю я вслух, и Светлый пристально вглядывается в меня. — Вы использовали его, чтобы создать собственную систему бытия. Но немного перестарались. А что, если вновь попытаться его использовать, но сделать это с максимальной аккуратностью?
Светлый сдержанно кивает, Темный, напрягшись, молчит.
«Ты знаешь, как можно его использовать. Свой Светоч. Ты знаешь, нужно только вспомнить», — снова произносит внутренний голос. И это придает мне уверенности.
— Так мы и сделаем, — говорю я, поднявшись с кресла. — А теперь, разрешите удалиться.
