Им сложно было бы быть вместе, - наконец высказался он. – Они… - он осекся, не зная, как сформулировать слова так, чтобы не обидеть. – Были слишком разными.
Они любили друг друга. Разве не это главное? – задала вопрос Мадам.
Но это... неправильно, - обидные слова все-таки слетели с губ Айса.
Мадам усмехнулась.
Ты хочешь знать, что такое «неправильно», мой мальчик? Тогда слушай историю. Когда-то давным-давно в одной стране жила-была одна девочка. Дело, которым она занималась, было не совсем чистым, но вполне себе прибыльным.
Нет, ты не подумай, - покачала она головой в ответ на выразительный взгляд Айса. – Девушка была наемной убийцей. Была в то время группка людей, называвших себя повстанцами, и были другие, мнившие себя истинной властью, во главе с Дрэгоном и его палачами. Девочка была повстанкой, и, несмотря на неплохое жалование, искренне верила в то, что делает. Однажды ей дали ответственное задание – убрать одну очень важную птицу. Пятый палач, ты представляешь?
С трудом, - отозвался капитан. Он знал Мэтта уже достаточно давно, но так и не мог до конца понять границ сил мага когорты Х. А пятый палач…- Как они могли доверить такое дело женщине?
Мадам расхохоталась.
Упрямец до мозга костей. Неужели, тебе так трудно поверить, что эта девчонка была не слабее?
Айс скептически приподнял одну бровь.
Ладно, она была слабее, - примирительно улыбнулась Мадам. – Но у женщин, знаешь ли, свои приемы, которые из любого силача могут сделать слабака.
Айс кивнул. В это он мог поверить.
Волей судьбы им пришлось сражаться вместе против темноликих. Так они и познакомились. Палач и повстанка, и, естественно, никто из них ничего не знал о личине другого. Тогда они были просто двумя воинами, мужчиной и женщиной.
Мадам вздохнула.
Говорят, судьба любит подсовывать нам из всех жизненных троп самую тернистую. Так и случилось – не зная имен, не зная званий, они влюбились друг в друга. – Собеседница Айса улыбнулась, но, будто бы что-то вспомнив, погрустнела.
А потом пришел приказ, - продолжила она. – И эта девчонка узнала в своем любимом свою цель. Какой выбор, а, мой мальчик?
Глотнув вина, Мадам с некоторое время помолчала.
Она бы тебе понравилась, эта девочка, - вздохнула она. – Не знаю, слышала ли она когда-то о кодексе воинов, но она жила им. И если ей был дан приказ – всегда его исполняла. На рассвете седьмого дня их счастливой жизни, эта девочка убила его. Убила пятого палача, так, что он ничего не почувствовал, во сне. Он умер с улыбкой на лице, так и не узнав, что его предали.
Капитан застыл. За время службы он слышал много страшных историй, да и видел не меньше – но почему-то от этой на душе стало особенно тоскливо.
Вот это «неправильно», друг мой, - грустно улыбнулась Мадам. – А когда человек идет навстречу другому, не боясь преград и испытаний, когда готов пожертвовать всем ради любви – это правильно, и это единственная правда.
Но как же война, как же другие? – попытался возразить Айс. – Ведь он же был палачом, он бы и дальше убивал повстанцев, и ее бы, возможно, тоже убил!
Рука Мадам легла на его грудь, и он вздрогнул.
Сердце – лишь оно в конечном счете имеет значение, - улыбнулась мадам. – Оно должно решать. А не разум. Только твое сердце, а не слова и приказы других. Лишь оно подскажет верное решение, с которым ты сможешь жить и не стыдиться своих поступков. Ты еще такой ребенок, мой мальчик!
Айс насупился. Давненько его не называли ребенком. И снова посмотрел в сторону зала.
А Мэтью все продолжал танцевать с белокурой бестией. Шаг туда, шаг сюда – они двигались легко и непринужденно. Айс почувствовал, что медленно, но верно начинает заводиться. Чтобы его подчиненный, чтобы Рэд так с кем-то танцевал! Это было просто… просто…
Восхитительно, - голос мадам так стремительно оборвал поток мыслей капитана, что он вздрогнул.
А? – он непонимающе повернулся к ней.
Я говорю, что они превосходно танцуют, - пояснила мадам, тряхнув длинной копной волос. – И хоть я и не люблю рыжих, должна признаться – в нем есть какой-то… свой неповторимый шарм.
Да, да, - рассеянно кивнул капитан, продолжая смотреть на танец. Рука Рэда нарочито небрежно скользнула по плечу красавицы, будто бы поглаживая, совсем как тогда, когда они были вместе, когда Мэтью хотел успокоить его.
Айс скрипнул зубами, пытаясь что-то противопоставить лавине чувств. Мадам окончательно отвернулась от танцующих, внимательно наблюдая за темноволосым капитаном.
Губы его были плотно сжаты, в то время как глаза, сверкающие недобрым блеском, наблюдали за каждым шагом пары. Судьбой бокала, хрустнувшего в его руке, можно было всерьез обеспокоиться.
Брови мадам аккуратно поднялись вверх. За свою жизнь она повидала многое, слишком многое, чтобы ошибиться в интерпретации чувства, которое капитан так усиленно пытался скрыть.
Ты выглядишь взволнованным, - начала она.
Капитан обернулся. На его щеках начал появляться румянец.
После всех этих боев… - бросил он неумелую отговорку. – Меня беспокоит, что темноликие стали очень активными.
В этот момент Мэтт резко притянул партнершу, делая над ней глубокий наклон.
