Элен отлипла от стекла и позволила матовой панели с тихим шипением скользнуть вбок. Теперь, без полупрозрачной преграды, скрадывающей детали, она выглядела еще более жутко, напоминая чудом выжившую жертву страшной катастрофы. Брызги и потеки крови запеклись на неимоверно грязной и рваной одежде, собравшей на себя пыль с нескольких десятков футов вентиляционного короба. От нее исходил неприятный запах – смесь гари, пота и крови. Растрепанные волосы, кажущиеся теперь скорее бурыми, чем рыжими, падали на чумазое лицо. А на лице Элен кривилась безумная ухмылка, заставляющая усомниться, не стали ли испытания последнего часа неподъемными для рассудка девушки.
– Держи руки так, чтобы я видел, – приказал капрал, – Одно резкое движение – и я выстрелю. Теперь медленно повернись кругом.
– В этом нет нужды, – хрипло произнесла Элен, – У меня пистолет сзади за поясом. Только давайте обойдемся без стрельбы. Ее сегодня уже было больше, чем достаточно.
– Где Тэри? – не выдержал Блэквуд, – Ты убила ее?!
Элен кивнула.
– Я сожалею…
– Ты сожалеешь, мать твою?! – сорвался генерал, едва сдерживаясь, чтобы не надавить на курок и не нашпиговать свинцом стоящего в проеме двери рыжеволосого монстра, – А ну, бросай оружие и руки на стену!
– Я хочу просто поговорить с вами, генерал Блэквуд, – ровным голосом сказала Элен, – Хочу лишь узнать кое-что, важное для меня. После этого я уйду, и никто больше не пострадает.
– Что ты несешь, черт возьми? Какие еще разговоры? Бросай оружие, иначе мы стреляем! Считаю до трех… Раз!
Элен медленно завела руку за спину.
– Бери пистолет двумя пальцами! – предупредил часовой. Ствол его винтовки, слегка подрагивая, смотрел прямо в лицо Элен.
– Два!
Рука с пистолетом появилась из-за спины девушки. Она действительно держала его лишь кончиками пальцев, не касаясь спускового крючка. Элен подняла оружие перед лицом, слегка поболтала пистолетом в воздухе, как бы привлекая к нему внимание, и вдруг он выпал из ее расслабившихся пальцев.
Капрал на долю секунды непроизвольно опустил взгляд. Тут же Элен пригнулась и с нечеловеческой скоростью бросилась вперед и вниз, под ноги солдату, одновременно подхватывая на лету падающий пистолет и выдергивая из-за спины второй. Грохнул выстрел из винтовки часового, пуля прошла над головой Элен, взъерошив горячим потоком пороховых газов ее волосы. А в следующую секунду девушка очутилась вплотную к противнику, так что он уже не мог воспользоваться своим оружием со слишком длинным стволом. Солдат продолжал инстинктивно давить на спуск, посылая пулю за пулей «в молоко», но остальные замешкались, опасаясь попасть в часового, что загородил собой цель.
Элен тоже открыла огонь, так быстро нажимая пальцами на спусковые крючки пистолетов, что выстрелы прозвучали сдвоенной очередью. Первые пули украсили разрывами стену цвета хаки у нее перед самым носом, затем Элен развела руки в стороны, изрешетив свинцом офицеров Маклейна и Брауна, справа и слева от нее. Те успели выстрелить в ответ, но либо попали в спину уже убитому капралу, либо в стеклянную стену позади Элен. Вынырнув из-за все еще стоящего на ногах мертвого тела, она дважды выстрелила в Блэквуда, в последнее мгновение чуть сместив прицел. Она отчетливо увидела, как одна пуля высекла кровавый фонтанчик из правого плеча генерала, а вторая ударила его в бедро.
Все произошедшее, от первого выстрела и до последнего, заняло две или три секунды; меньше, чем нужно, чтобы вздохнуть и выдохнуть. Наступил краткий момент звенящей тишины, а затем на пол рухнули три тела. Элен выпрямилась, широко расставив ноги и держа в обеих руках дымящиеся пистолеты, словно герой вестерна, ради комического эффекта принявший облик невысокой стройной девушки. Но теперь она уже не улыбалась.
Блэквуду, единственному оставшемуся в живых зрителю этого шоу, тоже было не до смеха. Застонав от боли, он сперва облокотился на стол, а затем тяжело упал в кресло. Его пистолет валялся на полу под ногами генерала, но о том, чтобы до него дотянуться Блэквуд даже не думал.
Элен уронила разряженные «беретты» и подобрала винтовку часового. Она была более громоздкой и тяжелой, чем карабин, из которого ей довелось стрелять раньше, но Элен и не собиралась вести активную перестрелку. Уже не с кем. Кроме того, ей нравилось ощущать в руках тяжесть мощного оружия.
– Довольны? – спросила она, перешагивая через труп солдата, – А ведь я хотела только поговорить. Вы меня не слышали или не поняли?
– А ты? Ты довольна тем, что натворила? Понравилось убивать?
Блэквуд прижал ладонью горящую огнем рану на бедре. Царапина на плече не беспокоила его, но вот ранение в ногу было серьезным. К счастью, пуля не задела бедренную артерию, но и без того кровь за считанные секунды пропитала ткань брюк почти донизу.
– Заткнитесь! Говорить будете, когда я спрошу. Видит бог, я не хотела такого исхода. Во всяком случае, не после того, как вернулась сюда. Не надо было посылать за мной солдат. Не надо было посылать Тэри… Она всегда нравилась мне, я ее уважала… Ее смерть не доставила мне никакого удовольствия.