– Предлагаю сделку, – произнес Блэквуд и не узнал собственного голоса. Ему казалось, словно говорит кто-то другой, читая и озвучивая мысли, что формировались в его голове. И этого другого не обманешь и не заткнешь ему рот, он будет беспристрастно и безбоязненно выкладывать все, что прочитает в голове Блэквуда. Единственное, на что хватало воли самого Блэквуда – воздерживаться от несвязной болтовни обо всем подряд. Но если прозвучит конкретный вопрос и приказ отвечать на него – он не сможет и не захочет сопротивляться.
– Предлагаю сделку, – повторил он, – Я отвечу на твои вопросы, но и ты расскажешь мне то, что я хочу узнать. И тебе даже не придется принимать пентотал натрия.
– А вам не кажется, что вы немного не в том положении, чтобы навязывать мне условия? – спросила Элен.
– Ты пришла за информацией, и ты считаешь эту информацию стоящей риска и человеческих жизней. Да, я не смогу отказаться говорить. Но я ведь могу потерять сознание или даже умереть от потери крови, – Блэквуд резким движением ослабил жгут и кулаком ударил по повязке. Боли он почти не чувствовал. Кровавое пятно на глазах стало расширяться, – И тогда ты не получишь то, за чем пришла. Значит, я могу поторговаться. Ну, так что скажешь? Время уходит, кровь тоже.
Элен поморщилась.
– Затяните жгут и не делайте так больше, – сказала она, – Не думайте, что вы нащупали мое слабое место. Я отвечу на ваши вопросы просто потому, что мне скрывать нечего. И, если честно, я понятия не имею, что вы хотите от меня узнать. Но сперва будете говорить вы.
– Хорошо, – Блэквуд кивнул, – Спрашивай.
– Для начала, расскажите-ка мне про «Кобр», – сказала Элен.
Блэквуд удивленно поднял бровь. Такого вопроса он не ожидал, но действие пентотала натрия уже не давало возможности выкрутиться.
– Откуда ты узнала о «Кобрах»?!
– Мы видели их досье в локальной сети базы. Что это за Первое и Второе поколения и как они связаны с нами? Рассказывайте с самого начала и с подробностями.
– Почему бы и нет? – пожал плечами Блэквуд, – Мы с тобой уже вляпались так глубоко, что ни для тебя, ни для меня, разглашение государственной тайны ничего не изменит. Все мосты сожжены. Если тебе суждено погибнуть, ты, по крайней мере, умрешь с осознанием, что правда сделала тебя свободной. Если же останешься в живых, огласка этой истории станет самым меньшим из грехов, что на меня повесят. Сдается, меня что так, что этак ждет расстрельная команда…
– Поменьше лирики. Меня интересуют факты, – напомнила Элен, – Все началось во время войны, верно?
– Конечно, я никогда не видел «Кобр» воочию, ведь во время той великой войны я был еще ребенком. Но позже я имел возможность ознакомиться со всеми собранными материалами и документами, рассказывающими о появлении и судьбе этих загадочных людей. Впервые наши солдаты столкнулись с ними в 1941-м году, после высадки союзных войск в Северной Африке. Никто не знал, кто они и откуда взялись. Эти таинственные люди возникли словно из ниоткуда; люди без прошлого, без родины. Их было шестеро – пять мужчин и одна женщина. Белые, но сильно загоревшие под африканским солнцем, словно они пробыли тут не один месяц. Говорили они по-английски, но нельзя было утверждать наверняка, что это их родной язык. Вообще-то они были не слишком разговорчивы, и ничего не рассказывали о себе, отделываясь короткими ничего не значащими фразами. В основном все общение с ними шло через единственную женщину в отряде – остальные называли ее просто Босс, без имен и званий. Благодаря похожей на американскую форме, незнакомцев сперва приняли за своих. Но позже обратили внимание, что на форме нет никаких знаков различия, кроме нанесенного через трафарет рисунка – головы разъяренной, распустившей капюшон кобры. У некоторых из них заметили похожие татуировки на предплечьях. После этого за ними и закрепилось это прозвище – «Кобры». Ни один командир, ни одного подразделения, действующего в то время в Северной Африке, не признал в них своих людей.
– Они что, явились как мираж из пустыни и предложили свою помощь? И никто не стал выяснять – кто они и откуда?
– Звучит невероятно, но так оно и было. Нужно понимать, наши войска в тот момент находились в отчаянном положении. На исходе боеприпасы, вода и топливо для машин, много раненых… Немцы готовились к контрнаступлению. Любая помощь была кстати. Поэтому командир батальона союзных войск, когда ему доложили, что некие неизвестные люди вызвались добровольцами, отмахнулся и сказал: «Пусть делают, что хотят, если не дорожат своими жизнями. А нам сейчас может помочь только Бог».
– Что же было потом?