Благословение от второй богини Владик получал больше часа. На своих силах он столько бы не продержался, его рекорд равнялся трем минутам с четвертью, но Погибель, похоже, пустила в ход колдовство, наделив его мужское начало небывалой прежде стойкостью. К несчастью, весь остальной организм Владика никакой магической подпитки не получил, и после часа неистовых утех программист чувствовал себя так, будто попал под поезд.
– Не залеживайся тут, – посоветовала Погибель, щелчком пальцев вновь облачившись в кольчугу. После целого часа дикой скачки у нее даже дыхание не сбилось.
– Я…. Да… – бессвязно пробормотал измученный Владик, вяло шевелясь на изорванных когтями богини простынях.
– Время поджимает. Шевелись, – строго произнесла Погибель. – Спускайся вниз. Автомобиль возьмешь на стоянке перед домом. Найди небесное оружие, и сразу ко мне. И тогда все у тебя будет хорошо.
С этими словами она гордо удалилась, а Владик еще минут десять не мог вспомнить где он, кто он, и почему у него все так болит, будто он подвергся групповому избиению. Затем он немного пришел в себя, кое-как стек с кровати и добрался до своих штанов. Натянул их с третьей попытки, и, держась за стеночку, поковылял из квартиры, обратно на лестницу. Самочувствие его было ужасным. Владик чувствовал себя обезвоженным и обессиленным. Долгое воздержание было мучительным, но внезапно нагрянувшая половая жизнь, бурная и весьма разнообразная, заставила программиста всерьез забеспокоиться о своем шатком здоровье. К таким сексуальным нагрузкам он подготовлен не был, и если богини продолжат поочередно одаривать его своими благословениями, он рискует не дотянуть до нового мира и обещанного долголетия.
На стоянке, перед домом, избранным богинями в качестве своей резиденции, его поджидало несколько автомобилей, все с полными баками и ключами в замках зажигания. Здесь, снаружи, стоял несмолкаемый шум грандиозной стройки. Вид на нее перекрывало небольшое кирпичное здание, над которым поднимался целый лес башенных кранов. Ревели двигатели, громыхал инструмент, тут и там виднелись всполохи сварки. И почти непрерывно, с узнаваемым шумом, в опалубки заливался бетон.
Владик так и не сумел понять до конца, что именно строят богини. Вроде бы какие-то врата. Но врата куда? И еще Погибель говорила об освобождении из заточения их матери, могущественной богини, которой по силам наделить его долголетием и переселить в возрожденный мир. И хотя Владику страстно хотелось и прожить полтысячи лет, и оказаться в мире, где нет ни зомби, ни Цента, предстоящее освобождение великой матери смутно тревожило его. Что она такое, эта великая мать? И почему ее надо освобождать? Раз предстоит освобождение, следовательно, когда-то было и заточение. То есть, великая мать совершила какое-то преступление. Либо же она жертва божественного произвола и оказалась в тюрьме по ложному обвинению.
Владик постарался выкинуть из головы всю эту ерунду, в которой все равно ничего не понимал, и забрался в первый же автомобиль. Ему следовало полностью сосредоточиться на задании, и не отвлекаться ни на что иное. Он должен любым способом добыть волшебный топор, ибо только так получит обещанную награду. В противном же случае, он разделит печальную судьбу всего оставшегося человечества и сгинет навеки.
Дело оставалось за малым – найти Цента и изъять у него искомый предмет. То есть, совершить настолько эпический подвиг, что и прецедентов не сыскать. Все равно, что отнять конфетку у ребенка, только ребеночек весит семь пудов, имеет огромные кулаки, свирепую физиономию и склонность к садизму.
– Я смогу! – решительно сказал Владик, желая подбодрить себя и задать правильный победный настрой. Он посмотрел на свое отражение в зеркале, и увидел там другого Владика, напуганного, охваченного сомнениями и неуверенного в себе. Этот зеркальный Владик как бы говорил:
– Врешь. Ничего-то ты не сможешь.
– Смогу! – прорычал настоящий Владик, и погрозил своему отражению кулаком.
Покинуть город не составило труда. Никто не пытался воспрепятствовать его отъезду, разве что немного затормозила строительная техника, заполонившая все улицы. Бетономешалки шли одна за другой, самосвалы везли щебень и песок. И уступать дорогу новому слуге темных богинь никто из них и не думал. В итоге Владик объехал все это столпотворение окольными путями, через дворы и узкие улочки, пока не выбрался на трассу, уводящую прочь из города.
Достигнув пригорода, Владик вдруг ощутил нешуточный голод. Яростное опустошение божественного стола произошло довольно давно, и все полученное топливо его организм успел благополучно усвоить и переработать, благо ему было на что тратить энергию. Сексуальные приключения истощили силы программиста, и он решил пошарить по магазинам, пока находился в городской черте. Ведь здесь не водились зомби, и, следовательно, ему нечего было бояться. А заколдованные рабы богинь вряд ли проявят в его отношении какую-либо агрессию.
