– Что мы будем делать дальше?
Цент исподлобья огляделся по сторонам, любуясь своей прекрасной крепостью. А ведь еще совсем недавно ему казалось, что жизнь наладилась, кризис, связанный с зомби-апокалипсисом, успешно преодолен, и человечество вновь пойдет по пути развития и прогресса под мудрым руководством конкретного пацана. Но новому расцвету цивилизации и торжеству принципов центизма-крутинизма помешали силы зла. А Цент привык уничтожать все, что мешает его планам.
– Что будем делать? – повторил вопрос он. – Как будто у нас есть выбор. Или мы их, или они нас. Темные боги совершили наезд, но они еще не знают, с кем связались. Цент, когда надо, тоже может быть темным, злобным и кошмарным. Эй, Коля, – прикрикнул он на слугу, – шевелись, твое время на исходе. Сейчас перекусим, и поедем мир спасать. Кто, если не мы?
Апартаменты Мглы Владик покинул с такой широкой улыбкой на лице, что в уголках губ пошли трещины. На его физиономии застыло выражение абсолютного блаженства. Он снова чувствовал себя мужчиной. Уж он показал этой богине, на что способен. Показывал целых двадцать шесть секунд, но после двух лет целомудренных мучений это был не такой уж плохой результат. Уже то радовало, что донес до места, а не расплескал на подступах, едва узрев порядком забытые женские прелести.
Полученный аванс отмел все сомнения, и теперь Владик был полон решимости выполнить поручение богини, то есть найти Цента, и изъять у него волшебный топор. О том, как все это будет происходить на практике, Владик старался не думать. Все его мысли были сосредоточены на только что пережитом счастье. Наконец-то невыносимо долгий период воздержания прервался, и Владик чувствовал себя так, будто заново родился.
В здании сновало довольно много людей, исполняющих роль прислуги, но они не обращали на Владика никакого внимания, полностью поглощенные своими делами. Поскольку лифты не работали, Владик выбрался на лестницу и стал спускаться вниз, где, на стоянке, его ждал заправленный автомобиль. От Мглы он узнал, что Цент направился обратно в Цитадель, следовательно, искать его предстояло там же. Что он станет делать, встретившись с Центом, Владик себе не представлял, да и не больно-то пытался. Представлял он себе иное – какая жирная награда его ждет при возвращении. А Мгла пообещала ему столько всего, что голова шла кругом.
Весь такой счастливый и сексуально удовлетворенный Владик спускался себе по лестнице, и горя не знал, как вдруг на одной из площадок столкнулся с Погибелью. Богиня стояла у стены, привалившись к ней широкой мускулистой спиной, и курила сигарету. У ее ног валялось несколько свежих окурков, из чего можно было заключить, что Погибель караулила его здесь довольно долго.
Увидев свирепую богиню, Владик резко остановился, ощущая, как в его трусоватые кишки стремительно вливается холодок ужаса. Только что все было хорошо, и вот, на тебе.
Он подумал о том, что можно закричать, позвать на помощь. Если Мгла услышит его вопли, то явится, и не даст в обиду своего верного слугу. Но, как и всегда в минуты опасности, Владика сковал паралич – ни пикнуть, ни шевельнуться.
– А вот и ты, наконец, – басом произнесла Погибель, уронив окурок себе под ноги и затоптав его каблуком сапога. – Долго же мне пришлось тебя поджидать.
Владик всхлипнул, ибо решил, что злая богиня караулила несчастного программиста на лестнице исключительно для того, чтобы полакомиться его печенкой. Или еще чем-нибудь. Глядишь, умнет печень, войдет во вкус, и обглодает всего, до костей.
– Спускайся, спускайся, – обманчиво ласковым тоном позвала его Погибель.
Владик подчинился, ибо понимал – богине не составит труда самой подняться к нему и сделать все, что захочет. А что эта ужасная женщина могла захотеть? Ничего хорошего, очевидно. Зная о ее пищевых пристрастиях, рассчитывать на лучшее не приходилось.
Когда Владик сошел по ступеням и оказался напротив Погибели, то выяснил, что он ниже богини почти на полголовы. И вдвое уже в плечах.
– Ну, как провел время с моей сестрицей? – усмехнулась собеседница. Зубы у нее были звериные, узкие и острые, а клыки такие огромные, что с трудом помещались во рту.
Владик не знал, что ему отвечать. Вероятно, ничего, потому что его слова вряд ли могли на что-то повлиять. Если ужасная женщина твердо настроилась закусить им, ее ничто не остановит.
Погибель вдруг протянула руку и ухватила Владика за шиворот, а затем решительно потащила за собой, к двери ближайшей квартиры. Страдалец горько заскулил, и этот трусливый, чуть слышный звук, был единственным выражением его протеста против подобного с собой обращения.
Богиня распахнула дверь и впихнула пленника в квартиру, куда следом вошла сама.
– А теперь давай-ка поговорим, – прорычала Погибель.
– О чем? – пустил слезу Владик, прижавшись спиной к стене.
– О тебе, к примеру.
– Обо мне?
– Да. О тебе. И о твоем будущем. В настоящий момент оно видится мне мрачным и недолгим.
