Поначалу жалование в министерстве показалось мне великоватым. Но когда я сравнил его с тем, сколько стоит маленькая двухкомнатная квартирка и стоянка для лошади с повозкой, понял, что денег на еду слуге, женщине и ребенку не хватит. Повозку и лошадку пришлось продать. Даже в университете мне хватало денег, чтобы их содержать. Теперь пришлось ходить на работу пешком, больше часа в одну сторону.
Выживали мы только благодаря тому, что мне подкидывали деньжат из местного ордена по борьбе с нечистью. Других гадюк со сквозным зрением здесь пока не было, так что Ва оказалась очень полезной. Да и я с моим волшебным мечом был не совсем бесполезным.
Как-то раз я спросил коллег на работе, как они жили в молодые годы, если жалования на выживание не хватает. Те почему-то начали хихикать, потом сказали: «Хочешь жить — умей вертеться».
К концу второй недели моей работы начали прибывать те хозяева, которые жили ближе всего к столице и которые первыми получили мои письма о взыскании недоимок. Почему-то каждый первый из них горел желанием угостить меня обедом. Поначалу я удивлялся, потом понял, что за обедом они всегда предлагают взятку, чтобы я списал им долг или хотя бы его часть. Я пожимал плечами и говорил, что дорожу своим местом и что налоги надо платить.
В один не очень прекрасный день я наткнулся на центральной улице на старшего брата, на Алесания. Я хотел удрать, но брат неожиданно обрадовался встрече, разулыбался и стал звать перекусить за его счёт. Пришлось идти налаживать отношения с роднёй.
Алесаний и правда был весел, жизнерадостен и полон желания составить мне протекцию. Он устроился в полк охраны дворца и чувствовал себя превосходно. Я спросил, как он выживает при небольшом жаловании. Брат засмеялся:
— Дамы. Я люблю дам, они любят меня. В основном, потому, что у меня некоторая часть тела может долго быть твёрдой… Ты понял, какая.
Я не удержался и хихикнул.
— А когда я ухожу, я обнаруживаю в кармане несколько больше денег, чем там было до этого. Ты не представляешь, насколько развратные эти суки. Они передают меня с рук на руки и рекомендуют друг другу. Некоторые даже не предохраняются. Они не против иметь ребёнка с моими способностями. Думаешь, почему я здесь, а не в действующей армии?
— Кому-то нужно охранять дворец? — издевательски предположил я.
— Кое-какая семья хочет получить ребенка с хорошими боевыми способностями. Неплодный муж, но с большим влиянием. Он попросил, чтобы меня оставили тут. А ты где и кем?
— Министерство сельского хозяйства. Бюро учёта недоимок.
— Ничего себе! Так ты, наверное, деньги лопатой гребёшь?
— Чего? Жалования хватает только на оплату жилья.
— Так ты что, живёшь только на жалование?
— А как ещё?
Алесаний смотрел на меня несколько долгих секунд, после чего простонал:
— Братец, ну ты и тупой. Братец, ты старшего брата Алесания послушай. Алесаний дурной, но тебе плохого не скажет. Некоторые очень богатые семьи готовы убивать, чтобы получить это место. Почему, по-твоему, многие герцогства и графства не выплачивают все налоги? Или баронства? Да потому, что не могут. Наводнение, набеги дикарей, наша армия через земли прошла и весь скот съела… Если они выплатят всё, что должны, у них просто все селяне помрут с голода. А теперь представь, сколько они готовы тебе заплатить, чтобы ты сделал запись, что они ничего не должны? Или хотя бы разрешил отложить платежи? Даже одна сотая с недоимок герцогства сделает тебя богатым на всю жизнь. Одного герцогства. А теперь подумай о своём начальстве. Они привыкли получать примерно половину от того, что рядовые чиновники бюро недоимок получают с баронств и графств. А тут приходишь ты, такой весь честный, ничего не платишь. Ты, конечно, полезный дурак. С твоей помощью можно призвать к порядку тех зарвавшихся господ, которые решили, что можно вообще не платить налогов. Но потом, года через два, тебя обвинят в вымогании взяток. Свидетелей будет много, всё твоё бюро и многие господа из числа тех, кому ты прищемил хвост. Укоротят тебя на голову, а на твое место посадят члена какого-нибудь очень влиятельного клана, который в курсе. Сначала, правда, будет небольшая драка за это место между кланами, несколько человек, вероятно, погибнет. Но потом всё устаканится.
Я посмотрел на брата и понял, что он прав. В каждом слове.
— А как же Государь? Как государство, как армию кормить? У него дар чтения мыслей.
