— Я согласен с младшим. Здесь, на юго-востоке, очень жарко и лютуют тропические болезни, — высказался вне очереди святой отец.
Завязалась оживлённая дискуссия, в итоге которой мой план был принят. Всех людей с берега забрали на корабли. Всех благородных забрали на два первых судна, часть добытого золота и спасённых людей из Джа переместили на третье судно. Туда же отправили всех буянов, которых до этих пор держали под присмотром на двух первых кораблях.
Небольшой штормик дал нам повод уйти сильно к югу, к империи Джа. Когда шторм стал утихать, третье судно тихо отстало и исчезло. Мы помолились за здоровье капитана. Ему было приказано сразу переходить на сторону бунтарей, но его могли убить, и не спрашивая.
В порту Глантона наши суда сразу загнали на карантинный остров. На первой же шлюпке вместе с едой и водой прибыла Вастараба. Для неё построили всех участвовавших, даже лежачих вынесли. Осматривая наши выстроенные буквой «П» команды, Ва только качала головой и приговаривала: «Красавцы, красавцы». Потом произнесла следующую речь:
— Тем из вас, кто заболел малярией и прочими тропическими болезнями, повезло. Вы будете болеть тяжело, но выздоровеете. Против ваших болезней даже есть лекарства. Кто поимел кошколюдей, вам хуже. Вы заболели сразу тремя очень опасными болезнями, которые передаются через соитие. Они уже у вас в крови и сжирают вас изнутри. Небось кровью уже писаетесь, не так ли?
Команда дружно подтвердила. Ва продолжила:
— Одну из них можно вылечить, заразив вас малярией. Но для лечения двух других необходимо, чтобы вы были здоровы. Так что ближайшие полгода никакой любви ни с кем. Сначала будем заражать вас малярией, потом лечить от малярии, потом лечить от двух других болезней. Раньше мы их никак не могли лечить, теперь они лечатся ядом некоторых ядовитых людей. Если не лечить, через пять месяцев у вас начнёт проваливаться нос и отваливаться руки и ноги. Кости сохранятся, но все соединения будут съедены.
Ва остановилась передо мной:
— Господин, где ты ухитрился подцепить сразу пять самых злых болезней?
Вся остальная команда принялась злобно хихикать. Кто-то сдал меня с потрохами:
— Подводные люди. Пять девушек.
— О-о, я горжусь тобой, господин. Тебя лечить придётся вдвое дольше.
— Это они меня на рыбу променяли, — припомнил я команде их предательство.
Команда опять захихикала, на этот раз довольно. Некоторым для счастья нужно так мало.
Когда Ва перестала раздавать команды и удалось переговорить наедине, я спросил:
— Как ты здесь оказалась?
— Васта.
— Дети?
— На берегу. В безопасном месте, — на слове «безопасное» Ва сделала особое ударение.
— Как сама?
— Хорошо. Если бы не ваша экспедиция, уже жила бы в Первом Городе.
— Не хочешь пойти главным лекарем колонии на новом континенте? Там целый континент больных людей и неведомых болезней.
— Нет.
— Здесь вскоре будет лёд в версту толщину.
— Это когда? Через триста лет? Внукам скажу, чтобы передали правнукам уезжать. А я не хочу.
На этом общение закончилось. Ва уехала, меня следующие два месяца лечили местные лекари. Я регулярно проваливался в беспамятство от высокой температуры, от малярии, которой меня заразили намеренно. Губернатор, которому повезло и который подхватил меньше болезней, уехал на доклад Государю за месяц до того, как меня выпустили из лечебницы. Кошколюдей он увез с собой.
Ещё в первый день мы с губернатором задумались, а что же теперь будет с империей Джа. При таком количестве заразных болезней они благодаря нашему третьему кораблю получат массовые эпидемии. Санитарии у них и в помине нет, остановить их будет некому. А когда их люди прибудут на новый континент и начнут пользовать кошкодевушек… Похоже, скоро империя Джа перестанет быть угрозой для нашей страны. Она была угрозой почти тысячу лет, с тех пор, как Великая Империя разделилась на две части — северную, в которой приняли религию Бога-из-Огня, и южную, в которой осталось рабовладение и язычество. Губернатор решил, что стоит уговорить Государя объявить карантин всей южной стране и выслать в южные порты девушек — гадюк из университета, как только закончат учиться.
Ухаживал за мной Серен, который всего лишь перенёс тропическую лихорадку, пока мы плыли обратно.
Выйдя из лечебницы, я попал в небытие. Губернатор оставил приказ находиться в порту и ждать распоряжений. Денег он оставил совсем немного. От нечего дела мы с Сереном учили язык империи Джа и тренировались. Местный орден борьбы с нечистью был очень слабеньким, в нём не было ни одной девушки со сквозным зрением. Нечисть они вычисляли по убийствам, которые удавалось отличить от уголовных.
