Прихватив лук и кинжал, Ула отправилась на охоту, пока есть время – в леднике закончилось мясо, да и на завтра следовало еды приготовить. В лесу она нет-нет да и оглядывалась, бросая настороженные взгляды, хотя природа оставалась спокойной, и никаких тревожных признаков Ула не заметила. Из головы не выходила растерзанная туша оленя на снегу… Настреляв зайцев и парочку куропаток, на обратном пути стражница набрала ягод, немного грибов и трав для настоя и вернулась в дом. Разделка дичи и приведение себя в порядок после похода в лес как раз заняли оставшееся до вечера время. Поплескавшись в теплой воде – спасибо предыдущему владельцу, благодаря ему и духу-хранителю в доме она имелась – Ула достала из шкафа одно из немногочисленных платьев. Да, иногда стражница все же вспоминала, что она девушка, особенно на таких вот деревенских праздниках. Хорошо, жители имели к ней достаточно уважения и немножко страха, чтобы не досаждать ненужным вниманием со стороны мужчин, поэтому Ула и не боялась приходить и даже принаряжаться.
Вот и сейчас на кровать легла тонкая льняная рубаха с красивой вышивкой по краю рукавов и подолу, рядом – верхнее платье из тонкой мягкой шерсти темно-зеленого цвета, тоже украшенное вышитыми желтой нитью мелкими цветами. Переодевшись, Ула надела на ноги мягкие сапожки из замши, переплела косу лентами и цветными нитями с бусинами и заглянула в кладовую, где выбрала оберег на счастье и удачу. Сжав вырезанную из душистой сосны фигурку, прикрыла глаза и беззвучно прошептала несколько слов – духи рода откликнулись, наполняя оберег силой, и он на несколько мгновений вспыхнул мягким желтым светом.
Спрятав подарок в поясной мешочек и прицепив на тот же тонкий кожаный ремень ножны с кинжалом, Ула вышла из дома и легко вскочила на коня – платье совершенно не мешало ей уверенно держаться верхом. Солнце почти касалось брюхом вершин гор, кое-где лежали густые вечерние тени, однако оставалось еще светло. Тропинка петляла по лесу, то ныряя в мягкий сумрак подступающего вечера, то выводя на полянки, залитые золотисто-розовыми закатными лучами. Ула сама не заметила, как внутри поселилось умиротворение, тревоги последних дней отступили, затаились, дав время отдохнуть. Она наслаждалась свежим воздухом, привычными звуками леса вокруг, и в какой-то момент на губах стражницы появилась легкая задумчивая улыбка, разгладившая морщинки и убравшая настороженность из взгляда.
Через час с небольшим девушка добралась до деревни, а там веселье уже набирало обороты. Звучала задорная музыка, веселый смех, выкрики, на большой поляне на окраине деревни собрались гости – человек сто, не меньше. Яркие одежды, блестевшие от хмельного меда и травяных настоек глаза, столы, ломившиеся от блюд с угощениями, пирогами, разнообразно приготовленным мясом с душистыми травами и подливой.
Улу узнали, едва она появилась, приветствовали почтительными возгласами, и улыбка стражницы стала шире. Пока она шла к молодым, гости расступались, пропуская. Невеста, молодая девушка не старше восемнадцати, в богато расшитом золотой нитью ярко-красном платье смущенно и взволнованно улыбалась, прижимаясь к парню чуть постарше, обнимавшему ее с гордым и счастливым видом.
– Счастья вам и благополучия, – немногословно поздравила Ула и протянула оберег.
– Благодарю, госпожа! – Девушка осторожно приняла деревянную фигурку. – Спасибо, что пришли к нам!
Ула кивнула и направилась к столам с угощением – пахло умопомрачительно, а обедала она довольно давно. Веселье шло своим чередом, краем глаза стражница видела, как гости и новобрачные проводят свои простенькие обряды, и пару раз невольно улыбнулась, наблюдая за ними и не забывая отдавать должное еде. А чуть позже даже влилась в общий хоровод – почему бы и не присоединиться к танцам, раз пригласили?
Как же давно она не отпускала себя вот так, чтобы беззаботно кружиться среди обычных людей, уже слегка хмельных, но скорее от общей атмосферы, чем от меда. Как давно не улыбалась просто потому, что на душе хорошо, не смеялась звонко, заливисто, ловя на себе слегка удивленные взгляды окружающих. Внутри и правда воцарилась легкость, никакие хмурые мысли не омрачали праздник…
Ровно до того момента, как Ула, решив отдохнуть, отошла немного в сторону от поляны, чтобы, скинув сапожки, побродить босиком по прохладной траве. Солнце давно зашло, однако большие костры вокруг давали и свет, и тепло, несмотря на бодрящую ночную свежесть, сползавшую с окружающих гор. Прикрыв глаза, – на губах так и блуждала легкая улыбка – Ула подняла голову и даже успела сделать несколько шагов, как вдруг над поляной разнесся истошный крик. Музыка и гомон разом стихли. Стражница мгновенно подобралась, легкость и веселье как рукой сняло, и дух-защитник внутри тихо зарычал, вздыбив шерсть.
