— Есть, — отвечал Роджер, дерзко ухватившись на этот предлог. — Это я. — Он самолично объяснится с Джилиан, когда увидит ее. Если увидит.
Эдгарс мигнул раз-другой и потер кулаком воспаленный глаз, как будто для того, чтобы лучше рассмотреть их. Потом его взгляд с некоторым трудом сфокусировался на Брианне, которая спокойно стояла позади Роджера.
— А это кто? — требовательно спросил Эдгарс.
— Э… моя девушка, — вышел из положения Роджер.
Брианна, прищурившись, посмотрела на него, но ничего не сказала. Она начинала чувствовать, что здесь что-то не то, но все же молча шагнула вперед, когда Грег Эдгарс распахнул перед ними дверь.
Маленькая и душная квартира была тесно заставлена подержанной мебелью. В воздухе висел застоявшийся запах сигарет и редко выносимого мусора. На всех горизонтальных поверхностях лежали остатки недоеденной пищи. Брианна бросила на Роджера долгий взгляд, как бы говоря: «Ну и хороши же у тебя родственнички», на что он слегка пожал плечами, что означало: «Я не виноват». Хозяйки дома, совершенно очевидно, не было и какое-то время не будет. В физическом смысле, по крайней мере. Повернувшись, чтобы взять предложенный ему Эдгарсом стул, Роджер увидел перед собой большую студийную фотографию в медной рамке, стоящую в центре небольшой каминной полки. Он едва удержался от восхищенного восклицания.
Казалось, женщина с фотографии смотрела ему прямо в лицо, легкая улыбка трогала уголок ее рта. Белокурые волосы цвета платины, густые и блестящие, ниспадали на плечи, обрамляя прекрасной формы лицо. Глубокие зеленые глаза цвета зимнего мха сверкали под темными густыми ресницами.
— Очень похожа, а? — кивнул Эдгарс на фото со смешанным выражением враждебности и тоски.
— А, да… очень.
У Роджера перехватило дыхание, и он повернулся, чтобы смахнуть со стола какие-то крошки и куски промасленной бумаги. Брианна с интересом рассматривала фотографию. Она переводила взгляд с портрета на Роджера и обратно, явно сравнивая их. Двоюродные, может ли быть такое?
— Я понимаю, Джилиан здесь нет? — Роджер отмахнулся от бутылки, которую Эдгарс вопросительно наклонил в его сторону, но потом передумал и кивнул. Возможно, за общей выпивкой Эдгарс разговорится. Если Джилиан здесь нет, ему нужно выяснить, где она.
Вытаскивая зубами пробку, Эдгарс отрицательно покачал головой и аккуратно снял с нижней губы кусочки воска и бумаги.
— Будь она тут, здесь не было б такой помойки, приятель. — Он широким жестом обвел переполненные пепельницы и скомканные бумажные стаканчики. — Может быть, теснее, но не так грязно. — Он достал из китайского серванта три винных стакана и подозрительно заглянул в каждый, словно проверяя, нет ли там пыли.
С преувеличенной осторожностью очень пьяного человека Эдгарс разлил по стаканам виски и один за другим перенес их через комнату своим гостям. Брианна приняла свой стакан с такой же осторожностью, но от предложенного стула отказалась и грациозно прислонилась к углу китайского шкафчика.
Эдгарс, не обращая внимания на хлам, плюхнулся на продавленный диван и поднял свой стакан.
— Твое здоровье, приятель, — коротко сказал он и сделал большой глоток. — А как, ты сказал, твое имя? — требовательно спросил он, оторвавшись от стакана. — А, Роджер, правильно. Джили никогда не упоминала о тебе, а ведь… должна б, — добавил он уныло. — Никогда ничего не знал о ее семье, она не говорит. Надо думать, стыдится их… всех. Но… ты не такое уж чудовище, — великодушно добавил он. — И девочка у тебя симпатичная. Правильно, а? Можно сказать, просто симпатяга, слышишь? — Он громко захохотал, расплескивая виски.
— Да-а, — протянул Роджер. — Благодарю. — Он сделал небольшой глоток. Брианна, обиженная, повернулась к Эдгарсу спиной и стала внимательно рассматривать содержимое китайского шкафчика через резные стеклянные дверцы.
Нечего ходить вокруг да около, решил Роджер. Эдгарс не упустит возможности поживиться на чужой счет, и, судя по тому, с какой скоростью он пил, есть большая опасность, что скоро он отключится.
— Так вы не знаете, где сейчас Джилиан? — напрямик спросил он. Странное дело, каждый раз, когда он произносил ее имя, язык его поворачивался с трудом. На этот раз он не удержался и взглянул на каминную полку, где она спокойно улыбалась с фотографии, глядя на пьянку внизу.
Эдгарс покачал головой, медленно раскачивая ее над стаканом, как бык над кормушкой. Невысокий, крепкого сложения, примерно одного возраста с Роджером, он выглядел значительно старше из-за неряшливой бороды и растрепанных черных волос.
— Не-а, — сказал он. — Хотя, может, и знаю. Наверно, у этих наци… или в Розе, не знаю, у кого именно.
— Националистов? — Сердце Роджера заколотилось с бешеной силой. — Вы имеете в виду шотландских националистов?
Эдгарс приоткрыл уже начавшие было опускаться веки.
— Ага. Проклятые наци. Там я и встретил Джили.
— Когда это было, мистер Эдгарс?
