Павел, убедившись, что напарника ему удалось если не убедить, то хотя бы уломать, только хихикнул. Александр в ответ только в очередной раз поморщился, но мешать ему наслаждаться плодами временной победы не стал – пусть его. К моменту, когда переход между мирами вновь можно будет открыть, измениться могло очень и очень многое, и поэтому сейчас наиболее выгодной тактикой, с его точки зрения, было ожидание, а уж ждать он умел, быть снайпером – удел терпеливых.
Увы, человек предполагает, а Бог располагает. На следующий день, когда они уже подъезжали к лагерю, Павел аж подпрыгнул от мерзкого писка в кармане и натянул вожжи, резко осаживая лошадей и останавливая телегу. Такое поведение для него было совершенно нетипично – обычно лошадей он жалел. Александр удивленно поднял на него глаза, а напарник тем временем пару секунд недоуменно сидел, а потом, театрально хлопнув себя по лбу. Выудил на свет божий приемник, посмотрел на мерцающую красным шкалу и довольно, как объевшийся сметаны кот, улыбнулся:
– Саш, давай-ка к нашей аппаратуре. Проедем?
– Да запросто. А что случилось?
– Все нормально. Похоже, окно может открыться чуть раньше, чем мы планировали.
Не задавая больше вопросов, Александр кивнул, пересел на облучок и, перехватив у напарника вожжи, подхлестнул лошадей. Те вряд ли были довольны таким невежливым обращением, но спорить не рискнули, только недовольно всхрапывали, демонстрируя свое несогласие с возницей. Тот, не обращая внимания на протесты, еще раз озвучил свое желание ехать быстрее, добавив к щелчку вожжами пару слов на великом и могучем. Лошади хоть твари и бессловесные, но крепкие выражения поняли на раз, и телега, наконец, стала ускоряться, неприятно поскрипывая на ухабах.
На месте Павел бодро соскочил с телеги и принялся колдовать над своими транзисторами. Александр, спросив, нужна ли помощь и получив отрицательный ответ, пару минут наблюдал за ним без особого интереса – все же он умел работать с этой техникой на уровне включить-выключить, и большая часть действий напарника выглядела для него сейчас как прыжки шамана с бубном. Разве что сушеных мухоморов да трубки с коноплей не хватало. Поставив себе мысленную пометку изучить все эти железки более серьезно, он решил пока что не мешать человеку работать и, заточив острейшим ножом веточку, занялся гигиеной, то есть начал ковыряться в зубах. Он так увлекся этим занятием, что даже пропустил момент, когда Павел закончил свои манипуляции и соизволил повернуть к напарнику весело улыбающуюся харю.
– Ну что, брат бледнолицый, могу тебя поздравить.
– С чем?
– Со скорым возвращением домой. Окно еще не открыть, но уже завтра к вечеру, самое позднее, послезавтра можно начинать эвакуацию.
– Это радует.
– Еще как. Правда, сейчас оно откроется на короткий период, не более двух суток, но нам хватит и двух минут. Даже с нашими… гм… спутниками.
– Это если мы их еще возьмем, – педантично уточнил Александр.
– Ой, да ладно тебе. Ты ведь для себя уже все решил. Скажешь, нет?
Стрелок промолчал, только раздраженно дернул челюстью и полез обратно на телегу. Павел усмехнулся и последовал его примеру. Щелчок вожжей – и телега вновь неспешно двинулась в сторону лагеря.
Место их вынужденной стоянки встретило диверсантов странной тишиной. Не было уже ставшего привычным детского гомона, не переругивалась со всеми подряд тетя Нюра, вообще ничего не происходило, и это настораживало. Во всяком случае, это насторожило Александра, Павел же, скорее, удивился.
– Что они, заснули все, что ли? – раздраженно спросил он, слезая с телеги.
– Стой! – Александр мягко, но сильно перехватил его за плечо. Павел удивленно обернулся, но послушался – все же в подобных делах авторитет бывалого киллера был непререкаем. Взяв наизготовку автоматы, они пригибаясь двинулись в сторону лагеря, и несколько секунд спустя поняли, что опоздали.
Тот, кто побывал здесь до них, не скрывался и не боялся оставлять следы. Весьма кровавые следы, надо сказать. Первым им попался тот самый мальчонка, что пытался тащить оружие. Пулеметная очередь буквально разорвала его пополам. Какая-то мелкая живность уже кружила вокруг, но Александр топнул ногой, и падальщик с испуганным визгом кинулся прочь. Чуть дальше лежала тетя Нюра – похоже, они с пацаном попали под один пулемет, и стрелявший не жалел патронов. Жуткое зрелище – очередь превратила человека в кровавую кашу…
Сергей лежал чуть в стороне – он без боя не дался, рядом с ним валялась винтовка с вдребезги разбитым пулей ложем, там же – кучка стреляных гильз. Он расстрелял немало патронов из тех, что щедрой рукой сыпанул ему, уходя, Павел, и как минимум один раз попал – метрах в двадцати напарники обнаружили немецкое кепи, с дыркой от пули и все в крови. Пуля угодила ему точно в глаз и вышла, разворотив половину затылка. Не винтовочная пуля, автомат или пистолет – уж в этом Александр разбирался.
