Будущее впереди туманно и безрадостно. Можно стать наёмником или попытаться найти легендарные льды на севере и умереть там. Хотя болтали о том, что на великом озере Бай-коль есть священный остров, где живут шаманы — вдруг они смогут дать совет, куда идти Гийюю, и как жить дальше, если в груди пустота.
Утром он проснулся на рассвете, умылся и выпил воды из ручья, через силу пожевал кусок вяленого мяса. Гийюй седлал коня, когда услышал позади певучий женский голос.
— Господин!
Обернувшись, Гийюй увидел на берегу ручья незнакомую девушку. Она была прекрасна: луноликая, стройная, смуглая, со смеющимися чёрными глазами и яркими губами. Под алым платьем колыхались полные груди, а двигалась юная красавица изящнее тонконогой лани. Гийюй изумлённо спросил:
— Кто ты? Откуда?
— Я Эмек, дочь Аймира. Наше становище вон за теми холмами. Ты ночевал здесь один, господин. В юрте моего отца будут рады тебе. Пойдём со мной.
Гийюй повёл глазами по сторонам — нигде не видно лошади. Неужели эта девица явилась сюда пешком? Очень странно.
Он не подавал виду, что его что-то встревожило, и с восхищением смотрел, как грациозно чернокосая прелестница идёт к нему. На неё можно было смотреть бесконечно, как на пляшущее пламя костра, а голос завораживал.
Гийюю пришлось сдерживать себя, чтобы не шагнуть навстречу этому созданию. На краткий миг почудилось, что на него движется степной пожар — Гийюй тряхнул головой и представил перед собой каменную стену, какие строят южане, мысленно повторяя: «Камень не горит, не горит». Кажется, защита сработала.
Вот странная гостья подошла совсем близко, так что можно было рассмотреть в её ушах дорогие серьги из кораллов в золоте. Гийюй узнал их, и у него чаще забилось сердце, он с трудом заставил себя стоять на месте. Пронеслась мысль: «Понятно, почему Модэ до сих пор безумно влюблён в неё».
Девушка оказалась высокой, почти с него ростом. Улыбаясь, она кокетливо посмотрела на него и добавила:
— Я никогда не видела таких могучих батыров, как ты. Может быть, ты тот, кого я давно жду — обещанный мне духами в мужья доблестный герой?
Взмахнув длинными чёрными ресницами, она попросила:
— Поцелуй меня, господин.
На свете нашлось бы мало мужчин, кто смог бы отказать такой красавице. Эмек сама подалась навстречу Гийюю, чуть приоткрыла манящие пухлые губы. От неё шло приятное тепло и пахло цветами. Левую руку Гийюй положил на затылок красотки, улыбнулся, привлёк её к себе. Их губы ещё не соприкоснулись, когда он выхватил нож и всадил его в бок девушки.
Он оттолкнул от себя обмякшее тело, оставив нож в ране. Упавшая застонала и скорчилась на траве, её побледневшее лицо исказила гримаса боли. Платье испачкали тёмные струйки крови. Жить ей оставалось недолго: рана смертельна.
Трогать умирающую не хотелось, и Гийюй отошёл, вскочил на лошадь и побыстрее отъехал подальше. Не утерпев, он оглянулся — алое пятно на траве не двигалось.
И тут Гийюя озарило: если хули-цзин здесь, значит, она покинула тело принцессы. Лю Ян свободна! Увидеть бы её ещё раз, и больше ничего не надо. Гийюй помчался на юг, к ставке шаньюя.
Когда вдали утих конский топот, алое пятно на земле дрогнуло, утратило очертания человеческой фигуры. От него отделилась слабая, тонкая струйка огня, поползла к сусличьей норе, нырнула в неё, вернулась и втянулась в пятно.
Вслед за первой из пятна в разные стороны поползли другие пламенные змейки побольше, впиваясь в попадавшихся им зверьков. Те, кого кусали огненные змеи, падали и умирали. Сверху казалось, что на зелёной траве раскинул лапы большой алый паук в центре пылающей паутины.
Торопясь на юг, Гийюй думал о том, что совершает безумный поступок, но горячее желание увидеть Лю Ян, убедиться в том, что она жива, пересиливало все доводы разума. Конечно, его могут поймать в ставке, и тогда придётся покончить с собой. Люди сочтут, что он сошёл с ума, только это лучше позорной казни.
Хорошо, что можно было пересаживаться с одной заводной лошади на другую. Гийюй достиг ставки поздним вечером. Его беспрепятственно пропустили часовые, видимо, не знали о его преступлении и об изгнании. Он и рассчитывал на то, что шаньюй сохранит тайну.
Пробравшись к своей юрте, Гийюй тихо разбудил доверенного слугу, велел собрать припасов в дорогу, узнал, что шаньюй уехал на охоту и вернется только завтра. Гийюй переоделся в простую тёмную одежду, сунул за пазуху кошель с золотом и серебром, и, вооружившись, вышел в ночь, наказав слуге держать лошадей наготове.
Он приблизился к жилищу Лю Ян. Хорошо, что собак здесь не было: их убрали, чтобы они не беспокоили своим лаем госпожу. У юрты стояли четыре охранника, поодаль горел костёр.
Прячась в тени соседней юрты, Гийюй сжимал в руке один из метательных ножей и прикидывал, как подобраться к страже.
Вдруг за спиной прошелестел тихий женский голос:
— Ты хочешь увидеть принцессу?
Обернувшись, Гийюй схватил за плечо незаметно подобравшуюся к нему женщину и прошипел:
— Кто ты? Что тебе нужно от меня?
Незнакомка спокойно ответила:
— Зови меня Суру. Я помогу тебе.
