О том, что случилось дальше, знают все степняки и даже китайцы. Среди сотни стрел, пронзивших Туманя, была и моя. Модэ объявил, что его недостойный отец принесён в жертву богам.
Отцеубийство страшное преступление, но я не осуждаю за это повелителя, потому что сами боги не наказали его. Эта великая жертва и в самом деле принесла нам удачу в долгой, тяжёлой войне.
Модэ взошёл на престол и пообещал князьям отвоевать Ордос. Следующей весной началась война с восточными соседями, обнаглевшими дунху, которым мы прежде платили дань. Мы разгромили дунху, а потом отправились в поход на запад, на юэчжей. Через пять лет владения хунну расширились, и Ордос вновь стал нашим. Мы воевали и на севере и обложили тамошние народы данью.
Я сражался в этих войнах, но не потому называю себя убийцей. В битвах встречаешься с врагами лицом к лицу и готов погибнуть сам. Низким я называю убийство, совершённое тайно, когда ты и жертва сражались на одной стороне. Я поступал именно так, выполняя особые поручения шаньюя. По его приказу я подсылал убийц к его врагам. Так было нужно, чтобы укрепить власть повелителя.
Ради возвращения на родину мы были готовы на всё. Я лишь благодарю Великое Небо за то, что Модэ не приказал мне расправиться с его младшим братом. Мальчик умер сам, или, как я понимаю теперь, к нему пришёл другой убийца.
В правление Модэ хунну покрыли себя славой. Наверное, вы знаете и о величайшей победе хунну, когда повелитель повел нас в Китай. В найденной моими разведчиками горной долине мы окружили отряд китайского императора и семь дней удерживали его на месте.
Китайцы презирали нас, кочевников, но голод и холод поколебали их высокомерие. Император запросил мира, назвал Модэ равным себе, братом, и согласился выплачивать дань хунну.
Имя Модэ попало в китайские хроники. Он породнился с императором, получил в жены принцессу. Правда, хитрые китайцы обманули Модэ, подсунув ему не родную, а приёмную дочь императора.
Я благословляю их обман, потому что не сделай они этого, я никогда не встретил бы мою любимую Ласточку, девушку, которую называли принцессой.
К тому времени я был уже зрелым мужчиной и пережил немало горестей. Погибли братья, во время морового поветрия умерли маленькая дочка и её мать, а потом и три сына. В моей жизни не осталось радости, я просто исполнял свои обязанности.
По приказу Модэ я поехал в китайскую столицу, чтобы привезти ему невесту. Выполнить это поручение оказалось очень тяжело. Еще в пути мы с Ласточкой поняли, что любим друг друга. Потеряв голову, я предложил любимой бежать, но она отказалась, из чувства долга. Китайцы считали, что брак принцессы и шаньюя скрепит мирный договор, и Ласточка не хотела, чтобы вновь разгорелась война.
Я горжусь ею, потому что шестнадцатилетняя девушка в тот день оказалась мудрее и сильнее меня. Любовь к Ласточке возродила меня, хотя ради неё пришлось покинуть родину и укрыться в Китае, у бывших врагов.
Тогда я уже не считал Модэ другом, ведь он грозил убийством моей семьи, если я расскажу людям о его страшной тайне. Да, я предал моего повелителя, когда влюбился в его невесту, но ведь она не нужна была Модэ. С его согласия Ласточку ждала смерть, повелитель принёс бы её в жертву своей собственной возлюбленной.
Самой страшной тайной Модэ была его любовь к злобной лисе-оборотню. О таких существах, как она, у нас и у китайцев рассказывают жуткие истории. Однажды эта женщина призналась мне, что встретила повелителя, ещё когда он был заложником у юэчжей, и с тех пор не оставляла его.
Думаю, что эта жестокая лисица совратила Модэ, испортила и выпрашивала у него юных рабынь, чтобы выпить их жизненные силы. Понимаете, эту женщину когда-то похоронили заживо, и она стала духом, который высасывал жизнь у людей.
Ради своей выгоды лиса пощадила Модэ, но иногда я думаю, что она на свой лад любила повелителя и помогала ему. Именно она заманила в ловушку шаньюя Туманя, а, значит, мы с ней соучастники его убийства.
Жертвы лисы умирали одна за другой, а когда я догадался о причине их гибели, то молчал. Да, я покрывал лису-убийцу и потворствующего ей повелителя из страха за свою семью, за сестру и племянников. Ведь если бы Модэ умер до того, как вырос его сын Гийюй младший, власть мог захватить другой, взрослый родич шаньюя, который не оставил бы в живых детей моей сестры.
Не удивляйтесь тому, что племянник назван в мою честь. До его рождения я спас жизнь повелителю на охоте, и он отблагодарил меня именно так.
Как мог, я защищал сестру Чечек и ее детей. Её старший сын должен был унаследовать власть, и этого желал весь род Сюйбу. Любовь к родным и долг перед родом связывали мне руки.
Я любил племянника, но, когда пришло время, по сути, его руками убил ненавистного повелителя. Месть сладка, и я был счастлив, услышав полный отчаяния вопль умирающего Модэ. Он звал свою погибшую возлюбленную.
