Мердок был старшим в отряде, его послушались. Юноша уже не пытался вырваться из круга, он стоял, чуть покачиваясь, и подрагивающей от напряжения рукой сжимал залитый кровью меч, ожидая последнего боя. С минуту золотые глаза смотрели в темные, не уступая, обещая продать свою жизнь, как можно дороже. Но змий устал и потерял много крови, а охотник был опытным бойцом, к тому же магом, бой длился едва ли минуту. Корвиэн выбил клинок из руки противника. Золотые глаза не закрылись, все так же неотрывно глядя в лицо убийце. Только знаменитый охотник вместо того, чтобы прикончить очередного "чешуйчатого гада", толкнул, уже еле стоявшего на ногах, юношу из круга прямо в арку открытого Мердоком портала. А потом за ними двумя еще долго гонялись лучшие охотники королевства, правда, никто из тех, кому удалось догнать, не вернулись.
Горган все-таки явился на порог ведьминого дома… чтобы пригласить их на Обряд Единения Стихий.
— Ягарина, я ничего тебе не обещал. Мы с тобой приятно провели время, но сердцу не прикажешь… Так уж получилось. — Змий пожал плечами, глядя в пылающие яростью зеленые глаза.
— Разве ее ледяное сердце способно на любовь? На страсть? На нежность? Или все дело в том, что его было трудно растопить, верно, Горган? Гораздо легче, чем мое, правда? Глупое, человеческое сердце. Совсем не такое, как у гордых бессмертных, так?
— Ягарина, нет смысла искать причины. Я полюбил другую. Да, она рождена бессмертной, она Дитя Стихии, Ледяная Леди. Я не знаю в этом дело или в том, что взгляд ее синих глаз заставляет замирать мое сердце. Не знаю… Но с тобой мы можем только расстаться друзьями.
— Друзьями? Значит, я по-прежнему желанная гостья в твоем замке?
— Ну Ягарин, — он покачал головой, — ну ты ведь умная девочка…
— Не хочешь, чтобы я заставляла твою снежную королеву кипятиться от ревности? Боишься, что от нее одна лужа останется?
— Не веди себя, как ребенок!
Так вот зачем ты еще и со мной решил поговорить? Чтобы я не вздумала появляться в твоем замке? А она знает, что ты сейчас ко мне полетел? Ай-ай, Горги, ты ей даже не сказал!? Нехорошо, змейчик, нехорошо-о, — она недобро сощурилась. — Если люди любят, они должны доверять друг другу! Запомни это змий, и хорошенько подумай на эту тему! А не то, ты еще наплачешься со своей ледышкой! Помяни мое слово, змий! — тихим и страшным голосом добавила ведьма, словно прокляла. Она отвернулась и пошла в дом, и только резко махнули рыжие кудри, ударив змия по лицу, словно пощечина.
Вилан, прознав, что сестра вынашивает планы мести, долго пытался вразумить обиженную ведьму.
— Ягариночка, не делай глупостей, его ты все равно не вернешь, только неприятностей себе наживешь!
— Вот еще! Больно он мне нужен после своей снежной бабы! Но и так просто я это не оставлю. Я не игрушка этим бессмертным!
— Ягарина, не надо! Ну ради меня, одумайся! Не бери тьму на душу.
— Да успокойся, волчик. Ничего страшного я им не сделаю. Коли она его любит горячей меня, так это маленькое испытание только укрепит их отношения. А коли этой снежной бабе ее чертова бессмертная гордость дороже всего на свете, пусть он узнает, на что мою любовь променял!
Травинка в пальцах превратилась в зеленую кляксу, а солнце, уже потеряв знойную яркость, сонно заваливалось к горизонту. Перед крыльцом замерцал портал и на лесную опушку ступил разодетый в пух и прах Вилан в сопровождении Корвиэна, гораздо менее парадной наружности.
— Братишка! — Ягарина с радостным воплем спорхнула с крыльца и повисла на шее Вилана.
— Рыыыжик! — оборотень тепло улыбнулся и потрепал рыжие кудряшки.
— Ну что, спасли вы Снежную Королеву из страшного плена Злого Змия? — язвительно спросила она.
— А то ж!
— Вы серьезно?! — Ягарина заморгала, — И ОНА ушла с… с… э-этим царевичем?!
— Да, она Горгану в лицо сказала, что любит Ваню, — подтвердил Корвиэн, только как-то особой радости в его голосе было незаметно.
— Только, Ягарин, ты это… не надо… — Вилан замялся, подбирая слова.
— Думаешь, я к нему побегу?! — ведьма скривила губы и покачала головой. — Плохо меня знаешь, братик! — и вдруг уголки рта задрожали и она, беспомощно всхлипнув, уткнулась лицом в плечо оборотня.
— Ну ладно тебе, сестренка, ну перестань, пройдет, забудется, мало что ли этих змиев на свете?! Я знаешь, сколько их пере… ай, Корви, больно же!!! Я сестру утешаю, между прочим!
Ягарина не выдержала и рассмеялась.
— Пойдемте в дом, я вас чаем напою! Я по вам обоим так соскучилась! — она притянула к себе Корвиэна и несколько секунд они стояли, обнимаясь все втроем. — Все, идемте! — снова вернулась веселая рыжая девчонка, стремительная, словно солнечный лучик, и потащила гостей в дом. — Все, самое малое неделю я вас отсюда не выпущу, даже и не рассчитывайте! Еда у меня вкусная, кровать в вашей комнате большая! Чего вам еще надо?!?
**
— Корви нужно съездить в родовой замок, переговорить с братом, — заявил оборотень, накручивая на пальчик светлую прядку.
— Жаль, погостили-то всего пару дней, — вздохнула Ягарина. — Ну да ладно, что с вами сделаешь, счастливого пути.
