Тут же из огня выскочила визжащая львица, на которой шерсть так и дымилась. Блонди втянула за собой Бобра, перехватив его руку пастью.
А через миг влетел горящий Кент. Точнее, его вкинул теневой Бобр, я успел увидеть, как мелькнула рука в доспехах.
– Держи, бро! – двойник забросил внутрь молот, а потом, уперевшись, стал сдвигать створки.
– ХДЕ-Е-Е?! – рёв сзади ударил с новой волной пламени.
Картина копии Бобра, которого поглотил огонь, так и застыла в моих глазах. Через секунду ворота, выплюнув в узкую щель последние крохи огня, сомкнулись, и послышался щелчок механизма. Кажется, замок снова закрылся.
– Опа… опа… – Кент заворочался, пытаясь сбить пламя.
Львица с визгом закрутилась, завертелась по полу, но тут же вскочила Фонза, схлопнула какой-то свиток – и с потолка на нас полился дождь. Вода, видимо, была какая-то особая, потому что я почувствовал облегчение на обожжённом лице.
– О, Женёк, как классно, – облегчённо донеслось от Кента.
– Бро… – выдавил, пошевелившись, Бобр.
С той стороны по воротам стали долбить размеренными тяжёлыми ударами, и мы поняли, что теневого двойника уже нет.
***
Мы разобрались с нашими повреждениями, исцеляя все раны. Кент очень обрадовался, что в этот раз не погиб – он не хотел тратить автоматическое воскрешение от зелья.
Нам всем было интересно, что это был за монстр такой. Поразмыслив, мы сошлись на том, что за воротами явно бесится какой-то неудачный результат лабораторных исследований.
Кто-то из гномов, видимо, пытался побороть проклятие Осколков, но я даже не предполагал, что они могли дойти до такого. Хотя, если учесть, что задумал Вайт, то можно ожидать, что и другим гномам могли прийти в голову ужасные идеи.
– А зачем столько ног эльфиек? – Боря почесал затылок.
– Наверное, потому что красивые, – усмехнулся я, – Вот их и решили сразу побольше прицепить.
– Не, такую совокупность нафиг, – поморщился Бобр, – Ну ладно, ноги эльфиек… А руку огра-то нахрена пришили? А, сеструха?
Он спрашивал у Биби, словно та была экспертом по гномам. Манюрова пожала плечами, потирая талисман:
– Может, у огров всё нормально с жёнами? Вот гномы и хотели так же?
Сражение было тяжёлым, и постепенно до нас дошло, что это только начало. При этом назад пути нет – нас уже могут преследовать преподаватели.
А потом мы осмотрелись, чтобы понять, где оказались.
Это было продолжение коридора, но только оно выглядело уже почти как природная пещера.
И статуи гномов, и колонны выглядели так, будто это были творения каких-то горных процессов. То ли это вода так источила камни, то ли ветер, гуляющий в тёмном коридоре.
Но тут были гномьи руны, и Фонза быстро подскочила к одной из колонн, чтобы их прочитать.
– А вот это вообще самая древняя часть коридора. Я почти не понимаю диалект, но тоже что-то про Торина. Про утерянные сокровища гномов…
– Какие ещё сокровища? – даже Бобр уловил нестыковки, – Гимли же раздолбал Кольцо через несколько тысяч лет после Торина, да?
Я кивал, слушая рассуждения тиммейтов. Это получалось, что ещё до раскола Кольца у гномов были какие-то проблемы?
Впрочем, если вспомнить историю, то Гимли вечно вёл какие-то войны, и ему почти удалось захватить весь мир. Может, у него бы и получилось, но вся эта история с Кольцом спутала планы.
– Тут что-то про дракона, кажется, – Фонза читала руны уже у следующей статуи.
Мы все удивились, и стали с опаской вглядываться в тёмную пещеру впереди. С драконом как-то не особо хотелось встречаться.
– Так… это кузнец какой-то… – Фонза двигала пальцем по рунам, – Одежда… железная… для… дракон?! – она прищурилась, перечитала ещё раз.
– Ну, наверное, он делал доспехи для рыцарей, которые против драконов сражались, – предположил я.
– Скорее всего, – нехотя согласилась Женя, – Просто вот эта руна означает «для», а не «против». Такое чувство, что делал одежду «для драконов». Хотя, я же не супер-знаток древнего гномьего…
Что-то прошоркало впереди, донеслось эхо тяжёлых шагов.
– Ядрён дракон, – Боря перехватил молот, покружил им, будто угрожая невидимому противнику.
А тот так и приближался, шлёпая тяжёлыми ногами. Скоро что-то блеснуло в темноте.
У меня внутри всё похолодело. Я прекрасно помнил, как имперский рейд в полном составе улепётывал от дракона в Прорыве Ямантау. И шанс на то, что мы сможем уложить такое чудовище моей небольшой группой, был просто ничтожный.
– Не дрейфь, Герыч, – усмехнулся Бобр, – Дракон хотя бы не противный.
Тут из темноты что-то мгновенно появилось, воткнувшись прямо в нагрудник танку. Боря пролетел от удара несколько метров и, долбанувшись со звоном о створки ворот, съехал вниз.
Молот выпал из бессильной руки, танк повесил голову. А из вмятины в его нагруднике вывалилась огромная кувалда, стукнулась о землю и, подскочив, унеслась обратно в темноту.
– Гвоздарь, – вырвалось у нас одновременно.
Послышался шлепок об ладонь, и следом голос:
– Чем бы треснуть мне кольцо?
– Биби, а вот теперь можно ёжика, – прошептал я.
Пуф-пуф-пуф!
