– У меня с этим все в порядке. Конечно, у вас дела обстоят еще лучше. Боже, во время плавания вы мне все уши прожужжали о том, что ваша бедная Марта, отпрыск древнего аристократического британского рода, вышла замуж за вас, простого капитана. Но на самом деле вы живете в прекрасно обставленном особняке. У вас хороший доход. Если вы считаете, что ваша жена пошла на жертвы, выйдя за вас замуж, то в таком случае каким богатством, по-вашему, должен был обладать полагающийся ей по статусу жених?
Томпсон попридержал коней перед поворотом.
– Я не думаю, что такая женщина, как Алана, придает хоть какое-то значение материальным благам. И если вы позволите мне быть уж совсем откровенным, то у меня возникает вопрос: что стало с деньгами ваших родителей?
У Вулфа защемило сердце.
– Я не понимаю, что произошло, дружище, – негромко промолвил он. – Создается впечатление, что мое прошлое просто стерли с лица земли. Мои родители жили в фешенебельном районе Бостона. Значит, у них было немалое состояние. Но куда пропали эти деньги? Или отец умер нищим? Может быть, за годы, прошедшие после гибели матери, он растратил все имущество?
– Такое случается, – ответил Томпсон. – Но что, если ваш отец перевел все деньги в Англию, прежде чем уехать в Индию? Может быть, он был родом из Англии?
– Я не знаю этого. Но после процедуры иглоукалывания в памяти стали оживать отрывочные картины детства. Думаю, мне действительно нужно в ближайшее время поехать в Англию. После гибели матери меня вывезли туда неизвестные люди. Там я окончил школу. Я припомнил название местечка, где она располагалась, и уже отправил туда запрос. Возможно, в Англии мне удастся разузнать хоть что-то о своем загадочном прошлом. Я рассчитываю найти там финансовые документы, по которым в школу поступали деньги на мое образование и карманные расходы, и выяснить, кто их присылал.
Томпсон почесал в затылке.
– Надо послать запросы и в европейские банки, – сказал он. – Возможно, нам удастся найти деньги вашего отца или, по крайней мере, проследить их движение.
Вулф кивнул.
– Это здравая мысль. Мне, видимо, придется нанять хороших детективов. – Он глубоко вздохнул. – Черт возьми, я сам опытный сыщик! Меня называют лучшим следопытом Запада! Но вместо того, чтобы искать следы своих родителей, я вынужден отсиживаться на ферме и оплачивать услуги других детективов.
– Вы действительно прекрасный следопыт, – промолвил Томпсон. – Но сапожник, как говорится, сам обычно ходит без сапог. Трудно принимать правильные решения, когда расследование касается непосредственно тебя, твоей семьи. Медики, как правило, не лечат себя, а обращаются за врачебной помощью к коллегам. И вы это прекрасно знаете, иначе не ехали бы сейчас вместе со мной на ферму.
Они миновали небольшой холм и увидели внушительных размеров кирпичный усадебный дом, окруженный высокими деревьями. Сквозь их голые кроны просвечивало холодное серое небо.
– Ну, Томпсон, это здание похоже на фермерский дом еще меньше, чем особняк, в котором живет ваша семья, на хибару нищего морского волка, – с ухмылкой заметил Вулф. – Мне давно следовало догадаться, что мы увидим настоящий замок. Уж слишком длинная подъездная дорога к нему ведет.
Вулф с любопытством огляделся. Парк охраняли гранитные статуи фавнов и нимф. За деревьями виднелась бледная лента реки, а за ней тянулся лес. Причудливые, одеревеневшие, голые в это время года стебли вьющихся растений оплетали выступающий портик главного входа, делая его похожим на беседку. Здание из красного кирпича было трехэтажным, крыша портика опиралась на мощные колонны.
Они проехали по аллее и обогнули небольшой холм, за которым располагались белая конюшня и амбар цвета ржавчины.
Волна острых эмоций накатила на Вулфа, когда он увидел белые изгороди пастбищ и стадо лошадей, которые щипали мерзлую коричневую траву. В памяти проснулись воспоминания о недавних событиях, изменивших его жизнь, – суета Сан-Франциско, корабли с высокими мачтами в гавани, завывания штормового ветра, волны, обрушивающиеся на клипер, теснота каюты, а затем виды степенного Бостона, замкнутое пространство города, ряды кирпичных фешенебельных домов, обступивших человека со всех сторон.
И вот – свобода!
Он глубоко вдохнул свежий воздух. Вулф соскучился по открытому пространству, по лошадям, по седлу. На его лице появилась блаженная улыбка. Капитан, как ни странно, проехал мимо конюшни и остановился у амбара.
Хозяйственный двор, на котором они оказались, производил странное впечатление. Кроме лошадей, здесь свободно разгуливали свиньи. Но нигде не было видно людей. Неужели Старый Китаец жил в усадьбе совершенно один? Несмотря на жуткое безмолвие, Вулфу казалось, что кто-то наблюдает за ним из дальнего леса, из темных окон огромного дома. Холодок пробежал по его спине.
Амбар представлял собой приземистую прямоугольную постройку из тускло-красного кирпича под черепичной крышей и напоминал крепость, поскольку с двух сторон был окружен глубоким оврагом.
