О будущей перспективе думалось с еще большим страхом. Ни о каких продуктах больше и речи быть не могло. Все, что Габриэль понакидал в телегу, он так и оставил, выбираясь на свежий воздух и молясь Богу, чтобы не начала интенсивно вытекать смазка. Тогда его ничто не спасет от свободных альф, которые вполне смогут почувствовать сладкий аромат течной омеги.
Руки все еще дрожали и Габриэль с трудом отыскал в контактах номер Винсента.
— Давай же, давай, возьми трубку… — тихо скулил он, вслушиваясь в долгие гудки.
Молитвы были услышаны. Винсент все-таки взял настойчивый телефон, тихо отвечая:
— Что случилось? Я на собрании.
— Винсент, у меня началась течка! — в панике быстро проговорил Габриэль, прижимая телефон к уху и нервно оглядываясь по сторонам, словно на него могли прямо сейчас напасть.
Пару секунд на том конце стояла тишина, нарушаемая хлопком двери.
— Где ты? — обеспокоенный голос альфы.
— Вышел из супермаркета, — уточнять какой именно Габриэль не стал, ведь закупался он всегда в одном, и альфа это прекрасно знал. — Винсент, мне страшно… — внезапно он прервался из-за сильного спазма. Живот скрутило слишком сильно. От резкой боли в глазах заплясали черно-желтые точки.
— Черт! — Винсент метался по кабинету, одеваясь и пытаясь прикинуть, что же теперь делать. — Если народу там не много, закройся в туалете или в кладовке, я скоро буду. Потерпи, солнышко, скоро я тебя заберу.
О таком Габриэль вовремя не подумал. И все бы ничего, но стоило подойти ближе ко входу, как он увидел двоих альф, выходящих на улицу. Омега тут же пулей полетел в другую сторону, только бы его не учуяли. Он даже не запомнил, как прервал звонок, кладя телефон обратно в карман пуховика. И благодаря немноголюдным местам (пусть и заняло больше времени на дорогу, но зато безопасно), он добрался до знакомого района. Оставалось не так далеко до дома. От радости он и на боли так сильно не обратил внимание.
Винсент позвонил снова, решив, что сейчас ему необходимо слышать, что происходит вокруг своего омеги. И только Габриэль стал нервно шариться по карманам, уже и забыв в какой именно кинул телефон, и принять вызов, как чья-то рука дернула его в сторону.
— Что?.. — не успел он и слова вставить, как кто-то прижал его к стене, а телефон выпал в снег из ослабевших пальцев.
— Течная омега? — голос незнакомца раздался над ухом. — Как интересно. И что же такая прелесть забыла в такой день на улице?
На мгновение Габриэль даже не сопротивлялся и смотрел куда-то сквозь мужчину. Его словно чем-то тяжелым огрели. Но когда руки стали его грубо тискать сквозь одежду, он словно очнулся.
— Совсем обалдел?! Отпусти меня!
— Да чего ты, прелесть, сопротивляешься? — альфа нагло улыбнулся. — Раз вышел на улицу, значит, жаждешь ласки альф, — мужчина потерся носом о шею, взглядом улавливая метку. — О, да ты еще и меченый. Как забавно. И где же твой ненаглядный?
Из-за нарастающей паники и, как бы противно Габриэль себя не чувствовал из-за этого, возбуждения, в голове совершенно не оставались мысли о способе обороны. Джейсон ведь не зря его всему учил, и уже был опыт по избавлению маньяков от попытки изнасилования. А сейчас что? Габриэль перестал зависеть только от себя. Из-за того, что появилась пара, он все больше уподоблялся омеге, и сейчас не мог дать отпор. Лишь дергаться из рук альфы. Но это жалкие попытки.
— Убери от него свои грязные руки, — альфу с силой оторвали от омеги, буквально опрокидывая на землю.
Не в силах больше стоять на ногах, Габриэль по стенке съехал вниз. До слуха долетел знакомый голос, а когда появилась возможность увидеть, он сжался в дрожащий комочек. От насильника оставалось лишь жалкое название. Его втаптывали в снег, что стал окрашиваться кровью. Тот пытался сопротивляться и что-то хрипеть, но Винсент словно обезумел. Взгляд Фантомхайва уцепился за испуганного омегу. Инстинкты разом поутихли, заставляя сущность неминуемо поджать уши и виновато завилять хвостом.
Жертва же, более не чувствуя новых ударов, едва ли смог отползти в сторонку, подняться, и убежать, на столько хватало сил. Не больше минуты Винсент наблюдал за недоумком, а после спокойно, насколько это было возможно, подошел к любимому, беря его на руки. В нос сразу ударил сладкий запах, который стал сильнее с самого утра.
Первое мгновение Габриэль и не понял, кто пытался его поднять с земли. Сердце снова сжалось от страха и вместе с тем от чужого прикосновения по коже прошлись мурашки. Хотелось больше. Чтобы не мешала одежда.
До обоняния дошел головокружительный запах мяты и хвои. Самый лучший, неповторимый запах. Омега потянулся навстречу, крепко вцепившись в плечи альфы, и уткнулся носом в открытую шею. Запах и сильнее, и помогает забыться.
— Все хорошо, — успокаивающе шептал альфа, пытаясь сдерживать в себе волну возбуждения от добравшегося до носа чрезмерно сладкого запаха течной омеги. Животные инстинкты обострились, но Винсент сдерживался ради любимого.
