Ному вновь бросился в атаку, размахивая своими массивными руками и метя в направлении своего врага. Его движения были резкими и напористыми, каждый удар напоминал мощный удар молота, что каждый раз сотрясал воздух. Син, будучи полностью сосредоточенным и готовым к ответным действиям, уклонялся от атак Ному с изящной ловкостью. Его противник всё продолжал и продолжал атаковать, и каждый его удар был направлен с максимальной точностью и силой, что не совсем ожидаемо от чудовища, которым овладели ярость и безумие. Подросток же оставался невозмутимым, уклоняясь от большинства атак с лёгкостью, хотя иногда Ному удавалось поразить его, что выливалось в травмы лёгкой и средней тяжести.
С каждым пропущенным ударом парень выглядел всё хуже и хуже, да и сам он начал чувствовать себя весьма паршиво. Его лицо было окровавлено, кровь стекала по его длинным волосам, что были практически полностью пропитаны алой жидкостью и потом. Нос его, будучи сломанным, еле как выполнял свои функции, что серьёзно мешало парню в битве, ибо без нормального дыхания сложно выполнять атаки и блокировать их. Одежда на нём во многих местах была порвана, из-под неё выглядывали порезы и гематомы, отчетливо свидетельствуя о силе ударов чудовища.
Честно говоря, подросток стоял на ногах лишь при помощи силы духа. Будь он в другой ситуации или другим человеком, он бы уже рухнул на землю и, быть может, никогда бы больше и не проснулся. Вывихнутое плечо не давало забыть о себе ни на секунду, а разорванное другое только и делало, что ныло от боли. Рёбра, благо, забыли о том, что они тоже получили повреждения, либо же просто адреналин, что буквально кипел в крови парня, заставил последнего не чувствовать страданий от этих травм.
Син понимал, что долго так он точно не протянет. Ему нужно было либо заканчивать побыстрее, либо же долго биться с пониманием того, что он проиграет. Последнее никогда не нравилось подростку, потому он всем сердцем желал, чтобы его противник, наконец, решил сражаться в полную силу, дабы его план вступил в фазу реализации.
Наконец, когда парень заметил идеальное окно для атаки, он вырвался вперёд, быстро сократив дистанцию между ним и противником, прибавил себе сил при помощи свойства причуды и со всей дури влетел в Ному, сваливая его с ног. Как только последний оказался в лежачем положении, юный злодей навис над ним, после чего начал наносить удар за ударом по его лицу и клюву. Последний, к слову, получил всех.
Одним ударом подросток выбил монстру глаз, вторым — второй. Следующая его атака поразила клюв чудовища, вновь разломив его на несколько частей. Затем последовали ещё четыре удара по той же области, что буквально полностью вбило клюв в основание черепа чудовища. Последние три пришлись по зубам страдающего мутанта — парню удалось выбить половину из них.
Закончив, младший Айкава слез с соперника и рухнул перед ним на колени. Его кулаки были полностью покрыты кровью, и она принадлежала не только монстру. Его кисти были просто в ужасном состоянии: изуродованы, полностью алые и покрыты осколками костей. Кожа на них была разодрана, выставляя наружу красное мясо и поврежденные сухожилия. Пальцы дрожали от усталости и напряжения, и двигать ими было тем ещё испытанием.
— Я облажался, Мики, — усталым голосом произнёс Син. — Я знаю это! Знаю, слышишь? Всё это время ты был жив, а я даже не знал об этом, даже, сука, не думал об этом! Жил какой-то своей жизнью с целью отомстить за твою смерть, в которой… виноват я. Если бы не я, наверное, ты сейчас был бы жив, а твой мозг был бы в твоём теле. Из-за моего долбанутого отца и эгоистичного меня ты всё это время страдал, а я так и не пришёл тебе на помощь, хотя ты считал меня своим лучшим другом и даже братом. Разве такой человек как я может быть твоим братом, учитывая то, что я не помог тебе, когда ты страдал? Да ещё и твоего любимого героя убил… Да, я сильно виноват перед тобой.
Монстр обессиленно лежал и тяжело дышал. Двинуться он сейчас никак не мог, потому ему приходилось слушать всё, что в данный момент говорил ему Син.
