Как недавно выяснилось, время работает против меня.
— Но мне же немного надо: страница, полстраницы — ведь они наверняка будут что-то снимать в августе…
Кейт бросает взгляд на Сигги. Та, выстрелив пробкой от шампанского, говорит:
— Эмили, я думаю, тебе стоит задержаться в Лондоне.
Я пожимаю плечами.
— Ну, если надо, я могу втиснуть еще четыре-пять дней. Тогда я не успею съездить к родителям до начала учебы, что их не очень обрадует, но если речь о «Вог»…
Еще один напряженный взгляд.
— Эм, Сигги имеет в виду дольше, чем на пару дней, — объясняет Кейт.
Я догадывалась, куда они клонят. Я сажусь на стул.
— Сейчас угадаю: вы о том, чтобы пропустить учебу…
Обе кивают.
Я представила лица моих подруг. Будто что-то кольнуло.
— Но мне нравится учиться! Я хочу закончить!
— Я знаю, что хочешь.
Кейт садится на стул рядом и поджимает ноги под себя. Она с головы до ног в белом льне, и почему-то даже в этом маленьком прокуренном офисе похожа на ходячую рекламу духов.
— Это же не навсегда, просто… Возьми пример с меня: я откладываю учебу на год-два, чтобы посмотреть, что получится.
Я допиваю шампанское.
— Или даже всего на семестр, — быстро поправляется Сигги. — Так сделала Лотта. Она приехала на лето и решила остаться. Жила у меня. Ты тоже могла бы. Или у Эдварда — как хочешь.
— А следующим летом? — возражаю я. — Я бы могла сниматься для «Вог» следующим летом.
Кейт ласково трогает меня за рукав.
— Послушай, Эмили, мы уже говорили об этом раньше. Иногда нужно плыть по течению, ловить момент…
— Ковать железо, пока горячо, заготавливать сено, пока светит солнце, да-да-да… — бормочу я и тянусь к бутылке.
Вдруг Сигги пищит и хлопает в ладоши.
— Кип, наверное, в полном восторге!
Я улыбаюсь: Кип!
— Он еще не знает.
— Кип? — переспрашивает Кейт.
Сигги пододвигает ко мне телефон.
— Так чего же ты ждешь? Звони ему!
— Он в Париже.
— Вы, вообще, о чем? — спрашивает Кейт.
— Ой, ты не зна… Эмили встречается с Кипом Максвейном! — кричит Сигги.
Кейт открывает рот. Я возбужденно хватаю ее за плечи.
— Кип — это Кэри!
— Кэри? — не понимает Сигги.
— Неважно.
Я с улыбкой смотрю на подругу. От шампанского мы все разрумянились, но ее веснушчатые щеки как-то побледнели.
— Кип Максвейн… — повторяет она.
Сигги снова резко хлопает в ладоши.
— Кейт, ты что, уже десять минут седьмого! Что ты себе думаешь? Ты должна быть в Хитроу прямо сейчас! Я убью тебя, если ты опоздаешь на этот рейс! И клиенты тоже!
Кейт вздыхает. Половину времени агенты следят за тем, чтобы модели успевали на рейсы… или пытаются исправить последствия их опозданий. Но Кейт — профессионал.
— Я успею, Сигги, — заверяет она.
Тем не менее по настоянию Сигги ставит бокал и берет сумку. Я выхожу следом.
— Так вот, Кип — представляешь? Ты ведь с ним знакома, правда? Он миленький, правда? Я его правильно описала, да?
— Да… Эмили!
Кейт поворачивается ко мне.
Я не могу спокойно стоять и подпрыгиваю на месте. «Вог»! Шампанское! Кип!
— Что? — я останавливаюсь. — Что-то не так?
— Нет, нет! — Она качает головой. Ее глаза подозрительно блестят, но она улыбается. — Кип просто роскошный. Ты права. Вылитый Кэри Коннери.
Мы обнимаемся, и мои глаза тоже блестят. Вообще-то, наполняются слезами. Кейт тоже участвует во всеобщей августовской миграции. Они с Ноэлем едут в Канны прямо из Парижа. Не знаю, когда мы увидимся снова.
Я отступаю назад и промакиваю слезы под ресницами.
— Вот бы ты не уезжала!
— Вот бы ты осталась! — говорит Кейт, быстро моргая. Из ее глаза вытекает слеза и сбегает по щеке. Она ударяет ногой о ступеньку. — Я буду в «Ритце» в Париже следующие четыре дня. Знаешь что, Эмили? Я тебе позвоню. Нам правда надо поговорить. Я…
— КЕЙТ! ЖИВО! — орет Сигги.
— Иду! Иду!
На середине лестницы Кейт хватается за перила и оборачивается.
— Эмили, мне кажется, тебе надо остаться. Останься и посмотри, что будет.
Уже во второй раз я смотрю ей в глаза и говорю:
— Я подумаю.
Мы допиваем шампанское, и Сигги говорит о моей карьере: как ее строить, развивать, оптимизировать. Как только в игру вступит «Вог», меня, конечно, переведут в «Дебют» и Сигги лично возьмется за мои дела.
Потом я выхожу на улицу. Уже смеркается, все куда-то спешат. Устало ступают мужчины в плащах с дипломатами; целенаправленно движутся куда-то обладатели билетов в театр, зарезервированных столиков или ингредиентов долгожданного ужина; быстро шагают те, кто собрался в бар, на вечеринку или на свидание. А я лечу на пузырьках шампанского, в глазах — искры. Кип! «Вог»! «Дебют»! В моей одурманенной алкоголем голове кружится только это.
Но потом… У меня начинают болеть ноги. Я беру в бутербродном баре кофе с салатом, трезвею и задумываюсь о другом: ехать мне или оставаться? «За», пишу я, нажимая ручкой на салфетку. И «против».
Когда я выхожу, уже не смеркается, а темно. На улицах меньше пешеходов и больше бродяг. Но я знаю, куда иду. Захожу в телефонную будку и набираю номер.
Поднимают трубку сразу оба.
— Эм! — кричит папа. — Как ты подгадала: я только что вернулся с работы!
— Что случилось? — спрашивает мама.
