– Так вон та злая тетя (указующий перст обличающе ткнулся в спящую Таю) сказала, что в левые кустики ходить нельзя! - с отчаяньем в голосе пояснила девочка. Так-так, устами младенца глаголет истина…
Сон как рукой сняло. Я резко села, чуть не столкнувшись с Торой лбом, но никаких признаков подслушивания вроде подрагивающих ресниц или губ, расползающихся в неудержимой улыбке, в невинно спящей Тае не обнаружила. Что ж, проверим на вшивость…
– Тора, никогда не слушай дураков! - нарочито громко говорю я, не сводя глаз с неподвижного Таиного лица. Выстрел ушел в молоко: Тора, радостно взвизгнув, умчалась в вожделенные кустики, а Тая так и не осчастливила меня признаками подслушивания в виде возмущенных воплей, оскорбленных попыток задушить собственноручно и гневных шэритов в лоб. Отразить их у меня шансов почти не было: Тая и сама никогда не знала, по какой траектории полетит слепленный ею шэрит. Скорее всего - по отчаянно зигзагообразной.
– Ну и зачем я просыпалась тогда? - обиженно спросила я у безнадежно неподслушивающей Таи и снова завернулась в одеяло по самую макушку…
Солнце устало бросало на землю сладковато-мятные пригоршни света, не отгоняя, впрочем, низких грозовых туч, обещавших ни в коем разе не пройти мимо, а пролиться именно на нас. Даже если ради этого им придется промчаться через всё Древо со скоростью вемили.
Легкую Тору Шэрка, похоже, даже не замечала, не сбиваясь со звонкого галопа и не отставая от Лёны с Ринкой. А вот я Тору замечала, и даже очень. По-моему, за последние два часа я рассказала ей уже даже больше, чем вообще знала!
– Тетя Иньярра, а почему вы не боитесь ехать втроем и без мужчины? - не отставал любопытствующий ребенок.
– Ты вот пошла в лес с мужчинами, так сказать, - а толку? - отшутилась я.
– А разве большие мужчины такие же? Они же не стали бы так шутить! - наивно удивилась она.
– Так - нет, не стали бы, - серьёзно согласилась я. - Когда мальчик становится мужчиной, он, конечно, становится сильнее, выдержаннее, но по сути своей - почти не меняется: просто переходит на более "крупные" дела. Если был - поганец, то поганцем и останется. Просто в детстве он тебя бросил в лесу, а потом может и чего похлеще сотворить.
– То есть с возрастом они становятся ещё хуже?! - презрительно скривилась Тора.
– Или - хуже, или - лучше, - уточнила я. - Впрочем, есть и такие, кто вообще так и не вырастают. Ходят такие большие дети по миру, свято веря, что ничего плохого они сделать не могут, а если и сделают - то их обязательно пожалеют и простят.
– Они - плохие?
– Не знаю, можно ли так говорить… Но вот женщине рядом с ними точно не место, если только она не желает всю жизнь выступать нянькой для группы в детском саду - штаны на лямках!
– Ясно! - серьезно кивнула Тора, заставив меня сдавленно подхихикнуть.
Солнце, в последний раз плеснув нам в лица ярким светом, окончательно скрылось за тяжелыми низкими тучами. Я поежилась, накидывая на плечи длинный плащ.
– Кстати, а тебе не попадет от мамы, что ты так долго где-то гуляла? - спохватилась я.
– Не знаю, - беспечно пожала плечами девочка. - Она же не знает, что я гулять пошла!
Зашибись!!!!!
– Знаешь, а по-моему, тебе может влететь, - доверительно шепнула я девочке на ухо. Та сделала большие глаза и настороженно притихла. Потом чуть подумала и уверенно протянула:
– Не-а! Маме не до меня: у нас и так всякая чушь творится, чтобы из-за такой ерунды расстраиваться!
– Какая чушь? - встряхнулась Тая, звонко щелкая поводом по шее Лёнки, тянущейся к чересседельной сумке с провизией.
– Да какая, - отмахнулась Тора. - Такая! В огороде ничего не растет потому, что сильно жарко всё лето было, грибов половину есть нельзя стало - я вон целое лукошко насобирала - и все повыкинули. Так жалко, аж плакала! А вот вода в реке очистилась зато. Нам, правда, пить её на всякий случай не разрешают, но мы всё равно пьем. Вкуснющая!!! И в лесу теперь не страшно. А раньше темный был, жуткий лес.
– Ясно, - вздохнули мы.
Везде одно и то же. В большей или меньшей степени - но одно и то же. Природа прекращает быть постоянной. Она меняется со скоростью света и хвала Хранящим, если люди успевают под неё подстроиться. А если нет? Уверена, такие примеры тоже имели место - просто мы пока не знаем. Да и что будет здесь через пару недель тоже ведь никто не знает. Едва ли мир меняется с восхо?дника по сре?динь, а потом до ша?баля отдыхает! Скорее всего, он не остановится, пока не добьётся того, чего хочет. Вот только чего он хочет?!!!
– Ведьмы, у меня очередной острый приступ желания поторопиться, - вздохнула я, чуть сжимая коленями бока Шэры. Кобылка послушно прибавила ходу, ведьмы последовали моему примеру, пустив вемилей вскачь.
