– Надо, Федя! Значит, так: берешь семь ложек творога - не спорь, я его вчера в подполе видела, добавляешь два яйца, соду, чуть-чуть соли, две ложки сметаны и тщательно перемешиваешь до ровной консистенции. Потом - добавляешь три-четыре ложки муки - и зовешь меня: посмотрим, сразу это выкидывать - или ещё есть шанс не отравиться. Ясно?
– Я запомнила до яиц! - ослепительно улыбнулась я, отправляясь на кухню…
Сырники, вопреки всем ожиданиям, вышли на славу. Уж не знаю, как там вкусовые качества - питаться собственной стряпней, приготовленной в качестве эксперимента, я как правило не рискую, но вот запах горелого жира на кухне прописался на веки вечные.
Ведьмы косились на меня с большим сомнением, но, прикинув, что они мне пока нужны живыми - хотя бы для того, чтобы было, кого при случае плотоядной нежити скормить, всё-таки рискнули. Тора - так та вообще уплетала за обе щеки. Золотой ребенок!
– Итак, что же мы собираемся делать дальше? - начала я, расправившись с найденным все в том же подполье куском колбасы.
– Ехать в Храм, по пути завернуть к Онзару, - удивленно напомнила Лия. - Лично меня всё это дело настолько достало, что хочется поскорее расставить все точки над ё - и успокоиться!
– Или упокоиться, - поддакнула Тая.
– Глобально мыслите, ведьмы! - усмехнулась я. - Однако мне бы хотелось услышать ответы на вопросы попроще: например, что нам делать с этим дивным ребенком, который уже съел все мои, даже горелые, сырники - и не подавился, в отличие от вас?
Ребенок, разумеется, тут же подавился, не выдержав трех изучающе-оценивающих взглядов сверху вниз.
– А я… кх… кх…, - Тора натужно покраснела, стремясь выдать наружу слова и проглотить вставший поперёк горла сырник. - Не надо со мной ничего делать! Оставьте меня тут.
Удивительное существо - ведьма. Никаких возмущенно-риторических вопросов, типа: "Да что ты тут будешь одна есть? Да тебя мама потеряет!" - и так далее. На таких фразах человека слишком просто подловить. Мы же, подумав три секунды, единогласно заявили:
– Нет!
– Почему? - обреченно вздохнула она, уже зная, что от столь подозрительного единогласия ничего хорошего ждать не приходится.
– Потому!
Тора обиженно насупилась, отодвинув в сторону мои многострадальные сырники.
– Ну и не надо!
– Правильно, - тонко улыбнулась я. - Только вот решить, что нам с тобой делать, всё-таки придется.
– Врупт рааз квыров!!!!! - заорал мальчишечий голос на улице. - Стой, скотина безрогая, кому сказал!!!!!!
Заржала вздыбившаяся лошадь, проскрипела старая рассохшаяся телега, послушался звон полетевшей на землю посуды.
– Уггр зратья мритваль!!!! - сочно добавил подросток, соскакивая с телеги и начиная собирать рассыпавшиеся по дороге и частью разбитые горшки.
– Кажется, у мальчика проблемы, - невозмутимо заметила Тая, неспешно отставляя чашку в сторону. - Пошли, посмотрим?
– Пошли! - усмехнулась я, поднимаясь и стряхивая крошки с юбки.
Шэрка с умеренным любопытством обнюхивала глиняный расписной горшок, прикатившийся прямо к её ногам, изредка досадливо щелкая зубами на паренька лет пятнадцати, скакавшего кругом и вопящего что-то о том, как чем-то дорог его хрупкому сердцу именно этот горшок. Кобыла не воспринимала попыток воззвания к её совести всерьёз, поскольку точно знала: у хозяйки этой самой отродясь не было - а кобылке оно тогда зачем?
– Что же вы, уважаемый, за добром не смотрите? - улыбнулась я, пробираясь сквозь груду битых черепков к кобыле и щелчком по носу отгоняя её от чудом уцелевшего горшка. Кобыла фыркнула: "Не больно-то и надо было!" - и обиженно отвернулась.
Мальчишка подобрал единственный оставшийся горшок, покрутил в руках и, досадливо сплюнув, со всего махуразнес о стену дома. Теперь во дворе воцарился идеальный беспорядок.
Вот это по-нашему! Коль рубить - так уж сплеча!
– Нравитесь вы мне, юноша, - усмехнулась я.
– Ага, - фыркнул он, польщено улыбаясь. - А мне вон та скотина не нравится! - он махнул рукой в сторону низенькой серой лошадки, впряженной в телегу. - Третий раз из-за неё уже весь возок расхлестал!
– Ну и что? - рассмеялась я. - Деньги - дело наживное!
– И то верно! - открыто, по-мальчишески, улыбнулся он. Нет, мне этот юноша определенно нравился всё больше и больше!
– Далеко вез-то? На продажу?
– Да нет, наоборот - прикупил, да в село возвращался. А теперь, видно, придется опять назад поворачивать.
– А вы горшки, часом, не в Елере покупали? - вдруг подала голос Тора.
– В ней, в ней, - отозвался парень. - Там женщина одна - Атау - очень хорошую посуду делает, и недорого - всегда к ней езжу.
– Это моя мама! - взвизгнула Тора, подпрыгнув на месте.
Иногда мне кажется, что от одного конца Древа до другого - рукой подать!
– Значит, этот молодой человек сейчас поедет к твоей маме? - уточнила я на всякий случай. Уж слишком не верилось, что все наши проблемы могут так быстро и просто решиться!
– Ну, да, - подтвердила девочка, бегая кругами вокруг удивленно мотавшей головой Лёнки.
– Когда телегу починю, - с мрачной улыбкой уточнил парень, кивая на отлетевшее в заросли крапивы колесо.
