Стужа полностью

– Мы к этому еще вернемся. У меня есть план.

Наконец он толкнул дубовую дверь и оказался перед сверкающим зимним пейзажем из покрытых снегом деревьев и полей. Когда я вышла на свежий воздух, лицо и руки обожгло ледяным холодом.

Дух захватывало от суровой, кристально чистой красоты этого места, а восходящее солнце окрасило заснеженный мир в потрясающие оттенки золота и персика. От дыхания вокруг головы клубилось облачко пара. Кожу жгло от ледяного ветра, и я, дрожа, обхватила себя руками. Ноги моментально замерзли и промокли, кроссовки не спасали от снега.

Торин повернулся, посмотрел на меня и вытащил из-под плаща две вещи: маленький бумажный пакет и термос. Из металлического горлышка вились тоненькие струйки пара.

Я взяла у него термос, радуясь теплу, и вдохнула свежий аромат кофе. Ох, хвала богу.

Я сделала глоток и почувствовала, что мой мозг наконец-то включился.

Торин шагнул мне за спину, снимая свой толстый черный плащ, и накинул его мне на плечи. Я стянула потуже его края. Ткань еще хранила тепло короля, и мои мышцы мгновенно начали расслабляться. Я вдохнула его запах, выделяя особые, присущие только Торину нотки: мох, мокрый дуб и слабый привкус сосновой стружки.

– Я даже холода больше не чувствую, – тихо произнес он.

Когда Торин встал передо мной, я увидела, что на нем черные шерстяные брюки и темно-синий свитер, облегающий спортивное тело.

Теперь, согретая теплым плащом, я могла как следует разглядеть окрестности. Замок стоял на невысоком, покрытом снегом холме, с которого открывался вид на белые поля, плавно переходившие вдалеке в кромку темного леса, простиравшегося в обе стороны.

Торин протянул мне маленький бумажный пакет.

– У меня тут свежие круассаны с ежевичным джемом.

Я достала угощение и откусила кусочек, наслаждаясь насыщенным сливочным вкусом и терпкостью ягод. Было неимоверно вкусно.

Если Торин хотел меня очаровать, он определенно знал, как это сделать.

Он уставился на пейзаж, в его взгляде будто сверкали льдинки.

– На нас надвигается стужа, но Фейриленд прекрасен, как всегда.

Я заморгала от яркого света.

– Мне еще никогда не доводилось испытывать ничего подобного. Просыпаться самым восхитительным зимним утром и любоваться незапятнанной красотой природы. – Я вдохнула, позволяя морозному воздуху наполнить легкие. – Никогда так рано не просыпалась.

– В этом есть свои преимущества, – заметил Торин.

– Является ли раннее утро частью вашего священного распорядка дня? – поинтересовалась я.

Он повернулся ко мне с подобием улыбки, подняв средний палец.

Я моргнула.

– Я все правильно сделал? – спросил он.

– Ага, правильно. Впечатляет.

– Что касается моего священного распорядка дня, то, пока вы отсыпаетесь, я встаю на рассвете и тренируюсь. Благой король прежде всего должен быть сильным и смертоносным. – Еще одна слабая улыбка. – Как и его королева.

Он зашагал мимо заснеженных полей по тропинке, которая огибала замок. Под отсыревшими кроссовками хрустела примятая и заиндевевшая трава.

– Если ты ищешь сильную и смертоносную, – сказала я, – ты обратился не к той фейри.

– Я знал это, когда предлагал тебе сделку. Но мы собираемся притвориться, а все остальное неважно.

– Значит, ты не против жульничества. – Я отхлебнула кофе, все еще бесконечно благодарная Торину за то, что он догадался его принести.

Глаза короля Торина сверкнули.

– Только когда это необходимо. Нам нужно убраться отсюда, пока нас никто не увидел. Если меня поймают на том, что я несправедливо даю тебе преимущество, тебя могут дисквалифицировать. – Он встретился со мной взглядом. – А мне нужно, чтобы ты победила.

Мы завернули за угол, и я мельком заметила стартовую линию: два майских шеста, на которых ледяной ветер трепал цветные ленты. Между ними было натянуто шелковое полотнище с надписью «СТАРТ».

Тропинка, изгибаясь, спускалась к гряде деревьев без листьев.

– Какая длина у трассы? – спросила я.

– Всего три мили. Прошлой ночью тропинку расчистили. Это примерно миля по лесу и две по полям. На последней вы будете возвращаться к замку с другой стороны, и там вас встретят зрители, чтобы определить победителя.

Широкая дорожка пролегала прямо через холмистые поля по замерзшей траве. Пока мы шли, обледенелая земля хрустела под ногами. В открытом поле меня обдало множеством новых запахов: сырой земли, нагретого солнцем шерстяного плаща и слабого намека на дым от костра. Какой бы я стала, если бы выросла здесь?

В воздухе кружились снежинки, а на далеких соломенных крышах искрился лед.

Мы углубились в заснеженное поле, и я оглянулась на замок. Несмотря на огромные залы и коридоры, которые, казалось, простирались на многие мили, снаружи он не выглядел таким уж большим. Устрашающим, да, с его гладкими черными стенами и остроконечными башнями, но не длиной в мили. Я задалась вопросом, не задействована ли здесь магия или какой-нибудь обман зрения.

Замок сверкал в лучах утреннего солнца. На самой высокой башне развевался белый флаг с красивым изображением темно-синей головы оленя.

Когда я взглянула на далекие домики и вьющийся из труб дымок, во мне проснулось любопытство.