Женщина выглядит искренне заинтересованной, но я теряю нить. Не хочу казаться для нее каким-то Иисусом, который может научить людей ходить по воде. Что, если она журналистка или человек из коммуны, который приехал сюда, чтобы засадить меня за решетку? В этом доме слишком много секретов, которые нельзя раскрывать.
– Но почему? – спрашивает она. – Как у вас хватает духа заниматься подобным?
Мне никогда раньше не задавали этот вопрос. Мы занимаемся этим всего несколько лет, и всегда клиенты интересовались только своей собственной жизнью. Сначала мы были полностью удовлетворены этим занятием, но эйфория постепенно прошла. Очевидно, что нас разъедает изнутри, когда мы пытаемся убедить людей, стоящих одной ногой в могиле, в том, что они должны продолжать жить. Людей, которые бродят в темноте. Людей, которые хнычут по мелочам и утопают в жалости к себе. Грустные бедняги, которые не понимают, как им повезло в жизни.
И вот передо мной сидит женщина, которая интересуется мной.
Все настолько искажено, что меня это раздражает.
– Мы используем свой трагический жизненный опыт, – спокойно объясняю я. – Когда моя мать покончила с собой, мы были слишком юные, чтобы осознать все это. Теперь же у меня появился шанс наверстать упущенное. Встречи с депрессивными людьми помогли мне лучше понять решение матери. Я больше не испытываю к ней ненависти. И дело в том, что я получаю энергию, помогая другим. Этого для меня достаточно.
Я вру так хорошо, что даже мне это начинает казаться правдой.
Женщина кивает и делает глоток из чашки. Она, кажется, не замечает, что я дрожу от гнева. Предательство моей мамы непростительно. Я не смогла спасти ее, так же как я не смогу спасти женщину, которая сидит напротив меня.
– Я так понимаю, вам интересно, что я здесь делаю, – говорит она так, будто смогла прочитать мои мысли. – Я хочу пройти все этапы этого процесса.
Я не могу ей отказать, хотя это и звучит странно. Мы идем к гробу. Я позволяю ей лечь внутрь и закрываю его. Затем она, как и все остальные, висит на веревке. Обычно этот шаг эффективен, потому что вызывает у человека настоящее чувство паники из-за нехватки кислорода. Многие пробуждаются от своего туманного сна.
Но на женщину это никак не повлияло.
– Мы дошли до последнего шага: прощальное письмо и погребение, – говорю я. – Настало время выбрать псалмы и визуализировать церемонию.
Женщина проводит кончиками пальцев по следам на шее, вокруг которой была недавно затянута петля. Но она не жалуется. Она – первый человек, который не испугался.
