Итак, тайна Чжан Цици еще не раскрыта, нам не известно, какие секреты таит Х и почему все загадки так тесно связаны со мной и Ян Кэ…
В больнице Циншань все было спокойно; казалось, будто все опасности миновали. Несколько дней назад у нас в провинции Гуанси праздновали ежегодный фестиваль народной песни. Прошел он с большим размахом – казалось, всеобщее празднество охватило весь регион, даже в больнице Циншань скорректировали графики работников. Благодаря этому нам с Ян Кэ были предоставлены четыре выходных дня. Конечно, в первом отделении остались дежурные врачи.
В праздничные дни заведующие отделениями редко выходят на смены; они – ценные сотрудники нашей больницы и по обыкновению выходят на работу лишь на полдня; их смены чередуются через день. Но в этот раз наш заведующий вызвался выйти на работу добровольно. Я заметил, что в последнее время он пополнел, поэтому хотел поговорить с ним, чтобы он почаще выходил гулять – это было бы полезно для его здоровья. Если сильно набрать вес, появляется риск облысеть, да и в целом человек начинает выглядеть не вполне здоровым. Но он все же мой руководитель, и говорить с ним об этом напрямую – дурной тон. Мы редко с ним контактируем, и как по мне, чем меньше, тем лучше. Я больше всего не любил, когда он начинал по поводу и без отчитывать меня за ненадлежащий внешний вид, говоря, что одеваюсь я не так хорошо, как Ян Кэ…
– О чем ты опять задумался? – прервал мои мысли Ян Кэ.
– Ни о чем.
– Раз так, то сосредоточь свое внимание на дороге. – Сидя на пассажирском сиденье, он указал рукой вперед. – Не видишь, что ли, что тебя подрезали?
Вечером, за день до праздничных каникул, после работы Ян Кэ снова попросил меня сесть за руль. Чтобы сэкономить время, он сказал мне вначале заехать в химчистку, чтобы забрать костюмы, а потом поехать домой. Я не был против – так или иначе, живем мы вместе, и химчистка как раз по пути. Наступили сумерки, и на дорогах образовались пробки, из-за чего я обычно нервничал, поэтому лицо у меня тут же сделалось недовольным.
– Ты, я вижу, напрягся? Если не хочешь вести машину, так и говори. Не нужно что-то делать через силу, – сказал Ян Кэ, одновременно поправляя ремень безопасности, чтобы тот не помял воротник рубашки.
– Вовсе нет! – выпалил я и выдавил из себя улыбку.
– Какой упертый, – буркнул Ян Кэ и на секунду тоже улыбнулся.
– Ты сам каждый день ходишь недовольный, а еще совести хватает что-то мне высказывать?
– Куда уж там…
Я решил подколоть его:
– Сегодня я устал; не будем заезжать в химчистку, поедем сразу домой.
Лицо Ян Кэ скривилось в гримасе, а я не упустил возможности поддеть его:
– Посмотри-ка на себя в зеркало – да твоя физия кислее квашеной капусты.
Ян Кэ в самом деле взглянул в зеркало заднего вида и, видимо, понял, что я прав, – ведь обычно его лицо не выражает никаких эмоций. Откашлявшись, он хотел что-то сказать в свое оправдание, но тут ему пришло сообщение на телефон, на которое он начал отвечать с таким видом, будто произошло что-то серьезное.
Когда мы приближались к химчистке, Ян Кэ спросил меня, не хочу ли я поехать с ним в Лючжоу[61]. Там живет некая тетушка Лун, у нее что-то случилось дома и требуется помощь. Когда я припарковал машину, небо уже стемнело. Химчистка была закрыта – ее владелец куда-то отошел.
– Что за тетушка Лун, какая ей нужна помощь? Если нужно занять деньги, то я не смогу – и даже не знаю, у кого можно взять в долг.
Ян Кэ закатил глаза:
