Рей растерялась, потому что в последний момент остановила себя от того, чтобы выплюнуть слова, так и крутившиеся на языке.
Нет, он меня не обижал. Всего лишь разбил мне сердце.
- Он держал тебя где-то против своей воли? – продолжала Кайдел. Рей неуверенно кивнула, решив, что американке не стоит знать о присутствии в этой истории еще одного чудовища. Сноук мертв. Нужно забыть о нем, словно его не было. Словно все это был затянувшийся, липкий и душный кошмар. Не стоит тратить силы на то, что больше не является отягощающими обстоятельствами. Нужно разбираться с проблемами, по мере их поступления. И самая главная сейчас проблема – это неизвестно по какой причине вернувшийся в Гюрс Монстр. Рей бы посмеялась над ситуацией, если бы не была настолько выбита из колеи. Все-таки у них было чертовски много общего, они оба получили возможность вырваться из этого порочного круга и начать новую жизнь, но выбрали вечное возвращение.
Кайдел вдруг сделала то, чего Рей совсем не ожидала. Она мягко надавила девушке на грудь, вынуждая лечь на койку, и устроилась рядом, совсем близко, так, что ее дыхание щекотало Рей ухо. Рей невольно захотелось отодвинуться, потому что ее тело вдруг обдало жаром воспоминаний, и, и без того хаотичные мысли, свились в тугой клубок.
- Ты сильная девочка и сможешь это пережить, - шепотом, но довольно громко произнесла Кайдел, а потом почти прямо в ухо Рей взволнованно прошептала, - скоро ты сможешь отомстить. Потерпи, змейка.
- О чем ты? – воскликнула Рей, за что получила мягкий пинок под ребра, призывающий ее держать себя в руках и говорить тише.
- У меня почти все готово, - торжественно сообщила Кайдел, - я не теряла времени в твое отсутствие.
- Готово для…
Рей запнулась. Из жара ее бросило в холод. Она вернулась в прежний кошмар, когда была вынуждена бояться за безрассудно-отчаянную Кайдел. Американке отлично удалось убедить даже ее в том, что она позитивно восприняла перемены, внесенные в лагерный быт Хаксом, и оставила все свои мысли о бунте. Она не смирилась. Она не образумилась даже после пребывания в карцере. Она по-прежнему готова была положить свою жизнь на алтарь великой войны, ее личной войны. Вместо того, чтобы найти компромисс и смиренно ждать, когда союзники освободят лагерь. И в чем-то она была права, вынуждена была признать Рей. Если немцы выиграют войну и подомнут под себя всю Европу, некому будет прийти к ним на помощь. Но она пока не была уверена в том, какой исход лучше конкретно для нее – продолжать выживать в любых условиях или все-таки погибнуть в надежде на лучшую жизнь. К первому она более-менее привыкла за время собственных скитаний, полных подобных компромиссов. Но ее друзья тащили ее по другому пути. И, если бы, например, когда-то она не решилась отправиться вместе с Финном в Париж, она не получила бы даже тех крупиц счастья, которые теперь так бережно лелеяла в памяти.
- Оружия достаточно, - почти не дыша, продолжила Кайдел, - когда придет время, повар подмешает яд в пищу управляющему персоналу. Мы, черт возьми, выберемся отсюда, - Кайдел судорожно вздохнула, и ее голос дрогнул, - у тебя будет важная роль…
Рей уже знала ответ, но Кайдел все равно его озвучила.
- Ты должна будешь убить Монстра.
Рей даже немного хотелось увидеть снова допросную, в чем признаться самой себе было чрезвычайно сложно. И все-таки это жуткое место вызвало в ее душе волну теплой и наивной ностальгии, словно войдя снова в эти двери, она могла шагнуть в прошлое. Поступить иначе, изменить что-то в принятых решениях, выбрать другой путь. Во всем был виноват черный ящик. Если бы она не представляла его себе, так старательно запихивая туда воспоминания, то может быть, Кайло не почувствовал бы в девушке ее потенциала. Он спокойно забрал бы то, что пытался откопать в ее голове и навсегда забыл о ее существовании. Зачем запоминать обычную, ничем не примечательную девушку? Их таких в бараке двести душ и каждая десятая была партизанкой или во Франции или в Испании. Возможно, у каждой седьмой были глаза такого же цвета, волосы или кожа. Может быть, кто-то из них даже вырос в нищете. Никакой исключительности. Никакой избранности.
Рей была бы спасена. Она никогда бы не увидела того лица, что скрывалось под маской и не обманулась бы его эмоциональными чертами и тоской в глазах. Монстр остался бы для нее только монстром. Враг остался бы врагом. Жутким рыцарем в темных одеждах.
Пока Рей размышляла об этом, вяло передвигая ногами вслед за охраной, она с удивлением обнаружила, что ведут ее вовсе не в допросную. В голове тут же родилось неудобное опасение на счет блока, где располагалось жилье офицеров и того, для чего ей предстояло там оказаться, но и здесь Рей ошиблась. Конвоиры остановились перед широкими двустворчатыми дверьми и затолкали девушку внутрь. Сами они предпочли остаться снаружи и, судя по шагам, максимально быстро убрались на безопасное расстояние.
