«Вместе – какое странное слово» - подумала Рей с грустью, и хотела возразить, что этому никогда не бывать и она лучше умрет, чем станет предательницей. Но не решилась.
Рим, весна 1959 г.
Спасаясь бегством с виллы во Фреджене, Рей без малейших зазрений совести, угнала машину Кайло, даже удивившись, что предпочитал он не какой-нибудь немецкий «Хорьх», столь обожаемый верхушкой «Третьего Рейха» в свое время, а довольно интернациональный черный «Роллс-ройс» примерно пятидесятых годов выпуска. Буквенное обозначение страны на регистрационном знаке оказалось незнакомым девушке и на всякий случай она переписала символы и цифры себе в блокнот, прежде чем оставить автомобиль на обочине дороги в пригороде Рима. Необходимость заметать следы, вынудила промокшую и замерзшую насквозь девушку сменить более комфортабельное средство передвижения на ночной поезд. Да и от вокзала пешком добраться до отеля «Санто-Стефано» было намного проще и быстрее, чем потом плутать в тесных, и без того забитых машинами улочках, в поисках нужного места. В результате, уже к середине ночи, Рей отыскала искомое здание с табличкой и озадачила портье просьбой позвонить в номер «402». Однако, швейцар поспешил разочаровать ночную гостью – постояльцы из номера съехали и на данный момент он пустует. К счастью, По обнаружился сам, когда раздраженная и уставшая девушка вышла на улицу, чтобы закурить.
- Привет! – он бросился к Рей обниматься, но она попятилась от него в сторону, как от прокаженного. После произошедшего на вилле, ей меньше всего сейчас хотелось ощутить чьи-то прикосновения. По понимающе кивнул и жестом позвал ее следовать за собой. Всю дорогу до его нового места пребывания, они молчали.
По сменил номер в отеле, в котором, кстати, даже холл выглядел намного просторнее и богаче, чем там, где останавливались Рей с Рудольфом; на не менее роскошную арендованную квартиру. Все-таки старый приятель девушки слишком ценил уровень комфорта собственной жизни. И, конечно, апартаменты в Риме сильно напоминали старую парижскую квартиру, и преобладающими светлыми тонами в интерьере, и планировкой комнат, и расположением на последнем этаже.
- Рей, что там случилось? – набросился на девушку друг, после того, как запер двустворчатые двери квартиры, отрезав их от возможных лишних глаз и ушей, - где твой муж… мне показалось, или я видел, как пуля повисла в воздухе…
- Слишком много вопросов, - фыркнула Рей, швырнула на пол в прихожей сумку и обувь и деловито окинула взглядом двери в коридоре, вычисляя за которой из них может прятаться ванная комната, - я замерзла и хотела бы принять ванну. Дай мне полчаса… а лучше час. И свари кофе, пожалуйста… и… поесть бы было хорошо. Все потом.
По не стал спорить с девушкой и проводил ее в просторную комнату, выполнявшую функции ванной. Рей оценила благородную роскошь убранства – и большое окно, выходившее в тенистый из-за высоких деревьев двор, и красивую плитку на полу, и изысканно выкованные краны из темной бронзы, но интересовала все это девушку мало. Она спешила набрать воду, раздеться и нырнуть в ванну, чтобы побыстрее смыть с себя память о пережитом в загородной вилле. Впрочем, это было самонадеянно – проступающие синяки на ягодицах и свившиеся клубком мысли не могли позволить ей так просто избавиться от произошедшего. Хуже того, жутко измученное, но глупое тело все-таки хотело продолжения.
У Рей отлично удавалось не думать о Рене на протяжении этих пятнадцати лет, даже не искать его, убеждая себя в том, что этот человек мертв и стал не больше, чем тенью прошлого. Но стоило ей снова оказаться в его руках, как выбросить его из головы оказалось просто невозможно. Картинка невольно всплывающая перед глазами пускала по всем нервным каналам колючие искорки напряжения, заставляя снова и снова вспоминать, как он рыча вколачивал ее промежность в каменный подоконник, как она сама оседлала его после и что испытывала при этом. Она была беспредельно зла, ослеплена своей яростью и болью, но в тоже время предельно возбуждена. Так, что все еще нывшее после безумного, почти животного полового акта, тело не хотело униматься.
Она убьет его при следующей встрече. Так жестоко и изощренно, как только сможет придумать. Даже перед этим отправится в библиотеку и тщательно изучит всю литературу, посвященную мировой истории пыток. Но перед этим снова займется с ним сексом, чтобы утолить этот невыносимый голод. Даже не сексом, а чем-то первобытно мерзким и грязным, о чем ей противно будет потом даже вспоминать. Но таким должно быть прощание. А лучше всего и вовсе убить его в процессе…
