В себя она пришла только от звука, закрывающейся за спиной двери. И тут же чьи-то мягкие, теплые руки развязали повязку у девушки на голове. Рей медленно открыла глаза и зажмурилась – непривычно яркий свет резанул по привыкшему к темноте зрению. Она несколько минут беспомощно моргала, прежде чем смогла привыкнуть и снова видеть окружающий мир. И Рей удивленно ахнула, оглядываясь по сторонам.
Она стояла у дверей комнаты, которая поразила ее своим убранством – высокие потолки, своды которых терялись где-то далеко в полумраке, роскошная люстра, обилие золота, колонн, бархата, живописи; деревянные панели на стенах. Взгляд Рей остановился на широком окне и она бросилась к нему, чтобы разглядеть окружающий пейзаж, но вокруг были только горы, утопавшие в густом утреннем тумане. Восторг от увиденного быстро сошел на нет, сменившись осознанием того, что такое роскошное жилище, вероятнее всего, принадлежит кому-то из нацистской военной верхушки. И вряд ли ее пригласили сюда, чтобы пить чай и вести светские беседы об искусстве войны. Конечно, у нее была надежда, что Монстр организовал все-таки ее побег и увез ее к своей благородной родне, но печальный жизненный опыт лишил Рей наивности в подобных вопросах. Такое бывает только в сказках… Или в романах мадам Демерон, где бедные девушки приходили в такие дома гувернантками, а печальные одинокие лорды влюблялись в них за ум и отвагу и делали своими леди. Пока в голове Рей сплетался клубок из отрывков подобных историй, у нее за спиной хлопнула дверь. Девушка испуганно обернулась.
В комнату вошла высокая, массивная женщина в строгой, почти монашеской одежде. Светлые волосы были убраны в скромную прическу, а лицо практически не выражало никаких эмоций. Женщина жестом поманила к себе Рей и той не оставалось ничего другого, как приблизиться к незнакомке.
- Кто вы? – вырвалось у нее? – где я?
Женщина нахмурилась.
-Tut mir leid, ich weiß nicht, was Sie meinen, - сказала она. Рей и без знания немецкого догадалась, что общение с незнакомкой не состоится из-за языкового барьера. Однако, ее немного успокоило с какой вежливостью были произнесены непонятные ей слова. Из этого Рей сделала вывод, что перед ней служанка, а значит, пытки откладываются на потом. Нацисты не любили грязную работу, но истязание пленников предпочитали производить самостоятельно.
Служанка взяла Рей за запястье грубой рукой с крупными мозолями и повела за собой в следующую комнату, где многозначительно подтолкнула к большой, керамической ванне, расположенной у окна. Рей в начале обрадовалась возможности искупаться, смыть с себя зловоние той таверны и всех ее постояльцев, а заодно прикосновения сопровождавших ее немцев, но тут же сама развенчала свой восторг. Если бы ее хотели пытать или препарировать, вряд ли обеспокоились бы вопросами чистоты тела. И в голову сразу полезли дурные, мрачные мысли.
Оптимистичная сторона сознания девушки боролась с другой, смотревшей на вещи не с пессимизмом, но вынесенным из уроков жизни реализмом. Пока женщина раздевала и купала Рей, она спорила с собой – могли ли ее все-таки доставить к родителям Монстра или ей предстоит стать игрушкой очередного чокнутого нациста. К концу процедуры, когда служанка обтирала девушку мягким полотенцем и сушила ее короткие волосы, Рей остановилась на последнем и окончательно расстроилась. На принесенную незнакомкой одежду она смотрела уже без каких-либо надежд или иллюзий, но самостоятельно облачаясь в строгое черное платье, шерстяные чулки и закрытые туфли, она все-таки сделала вывод, что сдержанность такого наряда вряд ли подходила для будущей наложницы.
Служанка застегнула пуговицы у Рей на загривке и высокий белый воротничок больно сжал шею. Словно… ошейник. В руке женщины вдруг блеснули ножницы и пленница отпрянула в ужасе, но незнакомка не планировала причинять ей вред. Она всего лишь подрезала отросшие пряди аккуратным и уверенным движением руки, придав прическе форму короткого каре. Рей бросила короткий взгляд на свое отражение в ростовом зеркале и усмехнулась – теперь она напоминала гимназистку или молоденькую учительницу, но никак не подарок для нацистского извращенца.
- Folge mir, - скомандовала служанка и жестом поманила Рей за собой.
Женщина прошла через анфиладу комнат и вышла в коридор, спустилась по лестнице и только там обернулась, проверяя, не отстала ли ее спутница. У нее было беззлобное и простое крестьянское лицо с крупными чертами и в этот момент Рей вдруг показалось, что служанка смотрит на нее с жалостью. Вероятно, ей куда больше известно об участи, которая ожидает новую гостью этого роскошного… дома? Дворца? Замка?
