Суд матери полностью

Д о б р ы д е н ь. От жильцов жалоба поступила, товарищ санинструктор.

М а р и н а. А мне сегодня дозволено делать все, что я захочу.

Д о б р ы д е н ь. В спортлото выиграли, что ли?

М а р и н а. Просто мне исполнилось девятнадцать лет.

Пауза.

Ф е д о р. Руслан, за мной!

М а р и н а. Куда вы?

Ф е д о р. А мы мигом обернемся!

Руслан и Федор исчезают.

Д о б р ы д е н ь. Ну, по такому случаю… (Включил транзистор. Одернул гимнастерку, поправил фуражку.) Разрешите на тур вальса.

Танцуют.

Одному курсанту из соседней роты письмо из дома прислали: «Вася, ты пишешь, что получил уже два наряда вне очереди. Если это верно, сынок, пришли один сестренке: на будущей неделе она замуж выходит!»

М а р и н а. Смеяться можно?

Д о б р ы д е н ь. Красивая вы, единственный такой экземпляр. В чем, в чем, а в этом я толк понимаю.

М а р и н а. А у меня волосы прямые, как палки, завиваю их, даже сплю на бигудях. И ресницы как у телки, пока не накрашу. Посмотрели бы вы на нашу сестру утром!

Д о б р ы д е н ь. Вчера письмо от родных получил. Одобряют.

М а р и н а. Что одобряют?

Д о б р ы д е н ь. Мой выбор. Я им фотокарточку вашу выслал.

М а р и н а (прервала танец). Да как вы посмели?! Где вы ее взяли, где?

Д о б р ы д е н ь. Не хочу перед вами душой кривить, в красном уголке из стенгазеты вырезал.

М а р и н а. Очень остроумно!

Д о б р ы д е н ь. А я упрямый и ответа вашего, разумеется положительного, дождусь непременно. Итак, задаю свой вопрос: как скоро могу я надеяться?

М а р и н а. Не задавайте вопросов, незачем будет врать.

Д о б р ы д е н ь. Такая, как вы, врать не сможет, натуре противопоказано. Потому и присох к вам.

Вернулись  Ф е д о р  и  Р у с л а н, у них охапка цветов.

М а р и н а. Ну!.. Где это вы их достали? Столько!

Ф е д о р. У дома напротив с газона, зря там только вянут.

Д о б р ы д е н ь. Ну, Прометеев, нарядов вам на целую неделю обеспечено — это я вам обещаю.

Р у с л а н. А он здесь ни при чем, товарищ старший сержант, это я нарвал.

М а р и н а. Вот это да! (Зарыла в цветах свое лицо.)

Д о б р ы д е н ь. И не пахнут даже. Нет, пахнут, клопами.

М а р и н а. Прелесть какая…

Д о б р ы д е н ь. Понятно. Только старший сержант Добрыдень промашечку ни в чем не давал. А ну, включай каждый свой секундомер! (Исчез.)

Ф е д о р. Поздравляю, Мариночка!

М а р и н а. Спасибо, Федя, спасибо, Руслан.

Р у с л а н. Мне-то за что, мне не за что. (Деликатно.) Ну, я пойду, мне пора, мама дома ждет.

М а р и н а. А транзистор?

Р у с л а н. Вам оставлю, танцуйте. (Уходит.)

Молчание.

Ф е д о р. Красивая ты.

М а р и н а. Уже слышала.

Ф е д о р. Это еще от кого? Кто там еще на мою голову?

М а р и н а. Кто толк в этом понимает.

Ф е д о р. А они врут! Тебя за дурочку принимают.

М а р и н а. Нахал! Нет, вы посмотрите на него: какой нахал!

Ф е д о р. А чего все они глаза на тебя пялят?

Сели на краю крыши у желоба.

Не боишься?

М а р и н а. О тебе такое говорят — такое! — хоть уши затыкай. Я молчу только. Самому-то смотреть в глаза ребятам не стыдно?

Ф е д о р. Вот оступится раз человек, и бьют его все чем ни попадя. Все… Ну, а если во мне трусость эта природная? Если я с собой поделать ничего не могу?

М а р и н а. Можешь!

Ф е д о р. На все человека хватить не может. По себе знаю.

М а р и н а. А я хочу, чтоб хватило. На все! (Горячо.) Понимаешь, каждому человеку положено что-то сделать в жизни. А он это не делает. Значит, спихивает на другого. Ну, а если все друг от дружки отпихиваться начнут — представляешь, что на нашем милом земном шарике будет?!

Молчание.

Выдумала я тебя. Авансом все тебе передала.

Ф е д о р. Повтори. А ну, повтори!

М а р и н а. Жалкий ты, Федор. Эх, Феодор Федорович, время на тебя только даром тратила.

Федор застыл. Вдруг неожиданно вцепился в желоб, перекинул свое тело через край крыши, повис над пятиэтажной высотой на руках.

М а р и н а (в ужасе). Федя!.. По-мо-ги-те!.. (Схватила его за ворот.)

Ф е д о р. Ты за что вцепилась? Задушишь!

М а р и н а. Держись, Феденька, держись…

Ф е д о р (хрипит). Не кричи, морально поддержи лучше!

М а р и н а. Мамочка, родненькая…

Ф е д о р. Вот только бы ногу закинуть. Пусти! От края отойди.

М а р и н а. Ни за что, никуда отсюда не денусь, пока тебя… не выволоку!

Федор вполз на крышу. Оба не в силах перевести дыхание. Оторопело смотрят друг на друга.

Ф е д о р. Живой?

М а р и н а. Вроде, Феденька.

Ф е д о р. В глазах точки, запятые какие-то, а вот ты почему-то в кавычках…

М а р и н а. Перестань паясничать! Я из-за него… на десять лет постарела. А если бы сорвался?! Пять этажей!