– К слову о приглашении… ты не можешь устроить так, чтобы нашу труппу пригласили выступить перед княгиней Сунри? Вы ведь с ней близки, кажется.
– Ты шутишь? – Цисами скривилась. – Ты просишь устроить вам гастроли?
– Для нас это будет много значить, и я сразу поднимусь на несколько ступеней, – признался Цвеи. – И потом, ты ведь платишь мало. Так что могла бы и оказать услугу.
Он похлопал ресницами.
– Тогда я некоторое время ни о чем не буду просить.
– Сперва сожги конюшни, – прорычала Цисами. – Кстати, ваше второе сопрано фальшивит и не вытягивает ноты.
Пока она шагала к лестнице, певцы пересмеивались у нее за спиной.
Какая дерзость. Отряд совсем обнаглел. Ей начали бросать вызов!
И тут до Цисами дошло, и она похолодела. Она лишилась выбора, потому что слишком глубоко увязла. Теперь она должна была хранить верность Сунри. От успеха службы зависели жизнь и смерть отряда. Провал, вероятно, расколет компанию, и Цисами окажется в долгу до конца дней.
Она покинула плавучий театр и направилась к Четвертому дворцу, на сей раз предпочтя главной аллее дорожку для слуг, где было спокойнее и не толклась знатная молодежь. Большая часть аллеи, ведущей к дворцу, была открыта для гостей. Она представляла собой ось их мира. Янсо создал парк увеселений для богачей и непрерывной поставкой развлечений обеспечил себе их верность. Гениальный ход. Вельможи попались на крючок.
Цисами вышла из южных ворот и сразу же повернула к Ночному Кварталу. Близился полдень, но молодые отпрыски богатых и знатных семей по-прежнему кишели в местных заведениях. А кое-кто, как Цисами, направлялся туда по своим причинам.
«Золотой кубок невероятных заработков» в течение дня служил закусочной, где подавали отменную еду. «Кубок» пользовался популярностью и принимал самую разную публику, так что никто не удивился бы, если бы там сошлась пестрая компания.
Бурандин прибыл первым – он сидел на обычном месте, за столиком на четвертом этаже. Оттуда действительно открывался красивый вид на южную часть города.
– Командир, – произнес он и налил Цисами цзуйжо, когда она села.
– Спасибо, здоровяк, – они стукнулись чашками и выпили. – Как твоя пьеса?
– Неплохо, – отозвался Бурандин.
– Ты стараешься играть дерево как можно лучше?
– Ага.
– Никого интересного в последнее время не убил?
– Не-а. Скучно тут.
Бурандин тверже всех помнил о задании.
Несколько мгновений прошли в неловкой тишине.
– Вот и поговорили, – буркнула Цисами.
Тишина стояла, пока не явился Сайык. Цыпа был в тренировочной одежде – тонкой кожаной куртке, набитой сеном на плечах и на локтях. Вместо нагрудника висела большая мишень. Лицо и обнаженные предплечья покрывали синяки и ссадины.
– Ну как, нравится быть тренировочным чучелом? – поинтересовалась Цисами.
Сайык вздохнул и сел. Цисами протянула ему чашку.
– Средняя дочь Янсо очень радуется, когда пускает кровь.
Цисами спросила у Бурандина:
– Где твоя жена?
Тот пожал плечами.
«Ты где, Котеуни?»
«Занята. Беспорядки на обувной фабрике. Мне поручили отряд. Кому-нибудь нужны новые башмаки?»
Цисами подавила досаду.
«Под вторым пальцем, возможно, действуют шуланьцы. Возьми парочку своих головорезов и разгроми это местечко. Разыщи меня сегодня, узнаешь подробности».
Затем она взглянула на присутствующих.
– Ладно, раз уж тут только вы двое. Дело близится к завершению. Переговоры – самое опасное время. У меня есть для вас кое-какие поручения…
Заведение ожило, когда в него внезапно хлынула толпа детей в шапках, похожих на половинку крутого яйца. Они разбежались по всем этажам, как саранча. Почти все это были посыльные, мальчики и девочки, впервые получившие работу. Некоторые обратились к посетителям, сидевшим за соседними столиками. Все до одного тут же бросили свои дела, вскочили и вышли. Очень странно. Цисами удивилась, что никто не явился за ней.
– Ждите здесь, – велела она и присоединилась к общему потоку. На улице росла толпа. Слуги и господа собирались кучками и оживленно беседовали. Что-то произошло…
На другой стороне Цисами заметила Хилао вместе с Сосо, молодым стражником из Первого дворца, с которым она в последнее время пила чай по утрам. Парень был ничего себе, симпатичный. Но Цисами полагала, что ее подруга могла найти кого-нибудь получше. Дрался он скверно.
Хилао увидела Цисами посреди улицы и лихорадочно замахала.
– Что случилось? – спросила Цисами. – Чего все так перепугались? Саан прибыл?
– Ты разве не слышала? Ох, Кики, как мне жаль! Господин Аки и его семья завтракали на озере. Их лодка утонула!
Цисами вздрогнула.
– Они, надеюсь, целы?
– Вся семья утонула, и дети тоже! Какой ужас! Бедные малютки!
Глаза у Хилао были красные и мокрые; девушка едва сдерживала слезы. Она обняла Цисами и прижала к себе.
– Но как?! Это мелкое искусственное озеро! Его можно перейти вброд! – Цисами была потрясена. – Надо очень постараться, чтобы там утонуть!
– Ты не виновата, Кики! – всхлипывая, сказала Хилао. – Тяньди позаботится о них.
– Конечно, я не виновата!
