Я сделал глоток. Горечь кофе будто отражала мои собственные чувства. Передо мной стояла непростая задача – узнать правду. И неважно, сколько времени или усилий это займёт. Я должен был найти Софи и понять, что же на самом деле произошло.
Когда официантка проходила мимо, я, пытаясь казаться как можно более непринуждённым, задал ей вопрос:
– Простите, мадемуазель, а вы случайно не знаете, что случилось с обитателями дворца напротив?
Девушка немного растерялась, поправила передник и огляделась, будто проверяя, слышит ли нас кто-то.
– Честно говоря, господин поручик, я мало об этом знаю, – начала она неуверенно, опуская взгляд. – Но говорят, вдова не смогла оплатить какие-то векселя, которые ещё старый герцог подписал… И вроде бы из-за этого все имущество было арестовано.
Её слова прозвучали словно удар. Герцог Вайсберг всегда был человеком практичным и расчётливым. И было странно, что он допустил, что имелись какие-либо неоплаченные с давних времён векселя. Как же это могло произойти?
– А что с хозяйкой дома? Где она сейчас? – спросил я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Девушка пожала плечами.
– Не знаю, господин поручик. Слухи ходят разные. Говорят, она уехала… Куда – неизвестно.
Мой вопрос, похоже, заинтересовал сидящую за соседним столиком пожилую даму. Она аккуратно отодвинула чайную чашку и повернулась ко мне. На вид ей было за шестьдесят, в дорогом, но слегка поношенном платье с кружевным воротником. Серебристые волосы были уложены в строгую прическу, а лицо с тонкими чертами и умными глазами излучало достоинство.
– Простите, молодой человек, что вмешиваюсь в разговор, – сказала она мягким, но уверенным голосом, – но я слышала кое-что о вдове.
Я напрягся, боясь пропустить хоть слово.
– Говорят, она купила небольшой домик на окраине, неподалёку от северного рынка. Бедная девочка, она столько всего пережила… Если бы её муж был жив, подобного никогда бы не произошло! – она покачала головой и тяжело вздохнула.
– Это точно, мадам, – откликнулся я, с трудом скрывая, как сильно меня задели её слова.
Дама взглянула на меня пристально, будто пытаясь прочитать мои мысли.
– Эти проклятые кредиторы! – неожиданно вырвалось у неё, и на её лице вспыхнуло негодование. – Посмели сделать это с семьёй настоящего героя империи! Какой позор!
Она тряхнула головой, будто прогоняя гнев, и добавила:
– Но вдова, говорят, держится с достоинством, хотя ей нелегко.
Я кивнул, не доверяя своему голосу, и снова уставился в окно. За стеклом дворец стоял как символ утраченного прошлого. Теперь у меня появилась новая цель – найти Софи и дочь, узнать правду и поддержать их, как бы трудно это ни было.
Допив кофе, я оставил на столике хорошие чаевые, чтобы отблагодарить официантку и пожилую даму за их информацию. Поднявшись, я поправил китель и, глубоко вдохнув, вышел на улицу. Свежий воздух показался неожиданно резким после тёплой атмосферы кофейни, но я быстро пришёл в себя.
На тротуаре я огляделся в поисках извозчика. Один из них – высокий мужчина с густой черной бородой – сидел на своей пролётке неподалёку. Я направился к нему, подняв руку.
– Подвезёте? – спросил я, кивая в сторону лошади.
– Смотря куда? – откликнулся он, внимательно посмотрев на меня из-под кашемировой кепки.
– На окраину, к северному рынку, – сказал я твердо.
– Запрыгивайте, господин поручик, – извозчик жестом указал на сиденье. – Быстро домчим.
Я забрался в пролетку, и через минуту мы уже катили по брусчатке. Лошадиные копыта мерно цокали, а экипаж слегка подпрыгивал на неровностях дороги.
Город мелькал перед глазами. Знакомые улицы сменялись новыми. Лавки, мастерские, дома с вычурными фасадами и скромные постройки образовывали пёструю картину, но я почти не обращал на них внимания. Мысли были заняты одним – найти Софи и Полину.
«Что же произошло?» – спрашивал я себя раз за разом. Герцог никогда бы не оставил семью в долгах. А если это действительно связано с какими-то его обязательствами, почему Софи ничего не сделала? Ведь на момент моей гибели финансы позволяли расплатиться практически с любыми мыслимыми долгами.
Чем больше я размышлял, тем сильнее становилось чувство вины. Да, я умер – по крайней мере, все так думали. Но всё это время они страдали, а я не мог ничего сделать.
– Далеко ещё до рынка? – спросил я извозчика, прерывая свои мрачные размышления.
– Почти приехали, господин, – ответил он, слегка обернувшись.
Дорога стала уже, дома – проще. Здесь не было дорогих вывесок и богатых зданий. Вместо этого я видел оживлённые улочки, заполненные торговцами, прохожими и повозками.
Когда мы остановились, я вылез из пролётки, расплатился с извозчиком и поблагодарил его.
– Удачи вам, господин поручик, – пожелал он, поднимая вежливо свою кепку.
Теперь, стоя на углу шумного рынка, я смотрел вдаль, где виднелись ряды небольших домов. Где-то там были Софи и Полина. Моей целью стало отыскать их, выяснить, что произошло, и найти способ помочь.
