— Я не понял… — покрутил своей большой головой Сашка. — А это что, типа, рекламные?
— Вроде того, — засмеялась я. — Да вы, вон, Магистра попросите, он вам сколько угодно натащит!
— Ага, если кому за котами — это ко мне, — ухмыльнулся тот, чувствуя себя не иначе как вершителем судеб.
«Надо будет ещё и Бронштейнов к нам на экскурсию сводить», — решила я, наблюдая, как Галка с Сашкой, зарывшись в нашу стаю, спорят, кого и сколько им приютить.
— Эй, Веселовские! Так-то можете считать, что они и так наши общие. Думаете, кому придётся о них заботиться, когда я буду уезжать? Так что можете уже начинать тренироваться.
Наконец приехал Олежка, и мы отправились наверх.
Ближе к десерту разговор завертелся вокруг Димкиного заточения.
— Слушай, Рит, может, всё-таки выдернуть его оттуда, пока не поздно? Боюсь, у парня от депрессии окончательно крыша съедет, — заметил Олег.
— Да она у него давно съехала! А сейчас просто алкоголическая ломка, — разозлилась я, больше, впрочем, оттого, что на меня опять ложится бремя ответственности за чью-то судьбу.
Ну почему опять на меня? Мне о своей-то подумать некогда, а тут — верши что ни день чужие! Есть следователь, родственники какие-никакие, в конце концов. Вот Сашка есть, близкий друг, между прочим! Да и сам Олег мог бы этот вопрос решить, меня не спрашивая. Почему я-то должна? Да его сейчас выпусти, он в такой запой пустится! Или в бега чего доброго ударится. А посидит… может, что-то и переосмыслит на трезвую голову. Или вообще научится без бутылки обходиться. Не пил же он раньше…
— Повременим пока, — нехотя сказала я. — А вообще, решай сам, ты же его адвокат, не я. Поговори со следователем, вы там рядом — вам лучше видно. А депрессия у любого была бы в таких обстоятельствах. Может, в силу особенностей характера у Димки она и тяжелее протекает, чем у других, не спорю… Он ведь всегда был уверен, что неуязвим. Из любых ситуаций выкручивался, и вдруг такое. Короче, не привык парень к поражениям. Да что там не привык — мысли не допускал, что может оказаться в проигрыше! Поэтому и воспринимает происшедшее как конец света. Кстати, наше расставание по той же причине так сильно на него подействовало. Как же его такого, во всех отношениях замечательного, бросили?!
— Я тоже так считаю, — поддержал меня Сашка. — Димка всегда упёртый был. Качество, безусловно, завидное, если его в мирных целях использовать. Но беда в том, что у Митьки приоритеты неверно расставлены. К тому же, уверенность в себе — это хорошо, а вот самоуверенность — уже не очень. А вообще-то парень он неплохой… — Сашка с грустью посмотрел на нас и вздохнул.
— Слушайте, давайте прекратим? — предложила я. — А то прям панегирик какой-то! Скоро его выпустят, ты, Саш, возьмёшь над ним шефство, объяснишь, что к чему, найдёшь ему приличную девушку, и всё у него наладится! Скажите лучше, решили вы, наконец, где жить будете или нет? — этот вопрос волновал меня сейчас, пожалуй, даже больше, чем Димкино заключение. Уверенность Олега в том, что оно временное, как-то незаметно развеяла мои последние сомнения, и я вообще об этом думать перестала. А вот Галкино стойкое нежелание перебираться к нам нервировало уже конкретно.
Спорить, кто к кому переедет, Сашка с Галкой начали ещё будучи женихом и невестой. И выказали в этом животрепещущем вопросе поразительное единодушие — никто никуда переезжать не хотел.
«У нас море!» — соблазнял Сашка.
«А у нас река!» — парировала Галка.
«У нас горы, живописные места, тепло», — взывал к Галкиному разуму Сашка.
«А у нас леса, озёра и не менее колоритные окрестности, — отбивалась подруга. — И не тепло у вас, а жарко, а я жару терпеть не могу!»
«Какая жара?! Да у вас летом вообще невыносимо! Рассказывала Ритка, как у вас асфальт плавится, что не продохнуть!» — выходил из себя Сашка.
«У меня уже был печальный опыт жизни на чужбине, больше — не хочу!» — ставила жирную точку Галка и на все последующие Сашкины доводы внимания не обращала.
На самом деле проблема состояла в другом. И у моего приятеля, и у моей подруги имелся собственный бизнес и находился он, как водится, по месту постоянного проживания, то есть, в разных населённых пунктах. Галка владела шикарным магазином женской одежды, а Сашка был собственником крупного научно-производственного предприятия, приносящего стабильно высокий доход.
Разобраться с Галкиным магазином можно было без труда. Желающих его купить нашлось бы немало — только предложи, и объективности ради следует заметить, что на вырученные деньги она могла с успехом открыть подобный магазин в любом другом городе. А вот с Сашкиным делом обстояло сложнее. Мало того, что здесь были задействованы немалые производственные площади, так ещё и научный костяк предприятия подбирался не один год. Взять и перенести подобную организацию в другое место было практически невозможно, а продать своё детище Сашка не согласился бы ни за какие коврижки.
