Хоть это и сон, происходящее меня настораживает. Кажется, всё предельно понятно: если хотим взаимодействовать, как все нормальные люди, то нужно "вылечиться" от грехов. Эти сны – наша исповедь. Но сейчас я ловлю себя на мысли – а хочу ли я вообще отношения, как у всех? Задумался я об этом, даже не задав себе вопрос – почему я нахожусь в кресле, а не на кровати?
Я встал с кресла, пошёл умываться. Разглядывая себя в зеркале, я заметил, что у меня начал появляться кариес. Может быть, я ем много сладкого, или плохо чищу зубы? Возможно, и то, и другое. Обычно мы жуём большими коренными зубами. Я тоже, разумеется, я ничем от других в этом не отличаюсь. Как раз на двух из них он и появляется. Стоят два больших зуба вплотную друг к другу, и их потихоньку начинает поглощать кариес. Надо как-нибудь сходить к стоматологу… Хотя, часто я планирую куда-нибудь сходить, в итоге так и не пойду.
Я попытался как можно тщательнее почистить их, до самого блеска, а позже начал выбирать комнату, в которой можно заняться тренировкой. В кухне мало места, а вот в комнате с моими любимыми сиреневыми обоями достаточно, чтобы я смог сделать бёрпи, ни обо что не ударившись. Это общее название действий, которые обычно выполняются на разминке на уроках физкультуры: упор сидя, затем упор лёжа, затем отжимание, потом снова упор сидя, и прыжок вверх. Желательно в прыжке поднимать и ноги. Получаем эффективное упражнение, которое отлично сжигает жир. После пятнадцати повторений я устал.
Я ощутил заряд бодрости, но тишина в квартире и тусклость окружения начали угнетать меня. Чтобы этого как-то не замечать, я нашел в мамином холодильнике, который, кстати, довольно пуст, несколько яиц. Я взял два и закрыл холодильник ногой. Налив в сковороду масла, я разбил яйцо ножом поперёк и, понятно, куда, вылил содержимое. То же самое я повторил со вторым. Вскоре они начали жариться.
К этому времени уже проснулась мама.
– Доброе утро, – поздоровалась мама, зевая, ведь она только что проснулась, – Извини, что пожрать ничего нет, сготовь себе сам что-нибудь. – после она ушла умываться.
– Я и так готовлю. – ответил я, слегка улыбаясь. Несмотря на тот ужас, что начал происходить у меня во снах, я стараюсь быть на позитиве как можно чаще и как можно дольше. Я явно на что-то не обращаю внимания, но кроме того, что я не могу нормально взаимодействовать с Мариной, мне кажется, что в жизни у меня не всё так плохо.
– Слушай, мам, – обратился я. – У тебя холодильник совсем пустой. Давай я схожу в магазин, куплю тебе всё, что нужно. – предложил я, уже доставая яичницу со сковородки.
– Ой, Кеш… – засмущалась она и села за стол. – Ну ладно, сходи. Возьми колбасы какой-нибудь, сыра, ну и чего-нибудь, что сам решишь. Спасибо. – сказала она.
– Сейчас позавтракаю, и пойду. Будешь? – предложил я ей яичницу.
– Давай, только в другую тарелку мне положи. – сказала она и сложила руки на столе.
Мы ели яичницу. Мне кажется, что этот день пройдёт хорошо, без особенных происшествий. Когда я говорю, что день был без особенных происшествий, я имею ввиду, что моей жизни ничего не угрожало. А яичница была вкусной. Всё будет вкуснее, если это посыпать солью. Кроме раны…
– А у тебя хватает вообще пенсии на жизнь? – спросил я маму, жуя яичницу.
– Всё мне хватает. Просто один день в магазин не ходила, а тут приехал ты. – ответила она без каких-либо негативных эмоций. – Сама сходить хотела.
– Сейчас поем, и схожу. А ты дома посиди, отдыхай. – сказал я, готовясь доесть последний кусочек.
Доев, я одел свою старую футболку, которая давно начала терять свой сиреневый цвет, и шорты до колен. На улице лето, жара.
Одев шлёпанцы, я погнал в соседний магазин. Через пару минут оказался возле пешеходного перехода, горел красный свет. Всё стоят на месте, но только самые отчаянные решили пройти на красный. Я не один из них, но иногда тоже бывает, что не сдержусь, и пройду на запрещающий. И хорошо, что я этого не сделал.
Пацана, который решил пробежать на красный, настигла незавидная участь – его только что на глазах у многих сбила машина на огромной скорости. Я ужаснулся от увиденного, поскольку водитель красного седана не только сбил человека, но и переехал его, а после скрылся с места. Представьте, что на вас положили автомобильное колесо, которое само по себе тяжелое, и прибавьте к этому весь металлолом, из которого состоит машина. Вряд ли вы выживете после этого, но бывают и выжившие. Жалко придурка, но он сам виноват, не нужно было нарушать правила. К тому же, водитель будто специально сбил его. Кто-то вызвал скорую помощь. Наконец, загорелся зелёный, и я могу рассмотреть бедолагу поближе, надеясь, что не включится блевотный рефлекс. Он сломал себе ногу, а также растёр себе всё лицо об асфальт. Линия крови позволяла определить траекторию.
Сочувствую, но, всё-таки, не надо было ему бежать на красный. Может, он был самоубийцей, но я не могу этого стопроцентно утверждать. Надеюсь, он ещё жив. Скорая уже была на подходе – откуда-то вдали слышались сирены. А я пошёл дальше в магазин, так как был уже близко.
