— Ну уж постараемся, как-нибудь… — улыбается он, а затем вдруг кричит, едва меня не оглушая, куда-то в сторону. — Карина, ты с дочкой разговаривать-то собираешься? Говорит, что уже бежит. Топота не слышу только, — если учесть, что мама по комплекции примерно такая же, как и я, папина подколка пролетает мимо. — Ну, ладно, освобождаю место. С тебя по приезду мясо по-французски, у мамы так вкусно не получается.
— А ты гад! — появившаяся в кадре мамуля награждает супруга шлепком по плечу. — Ладно-ладно, серый хвост, я тебе это припомню. Всё, двигай отсюда, мы будем секретничать.
Родитель подмигивает мне, целует супругу в макушку и удаляется, заставляя меня ещё расплываться в улыбке ещё сильнее. Вот даже месяца не прошло, а соскучилась — жуть как. А всё ещё прекрасно помню, как папина мама злорадничала на этот счёт, мол, уеду в другой город и думать про них забуду. Ох, бабушка Тамара, если твой сын сбежал за полстраны от тебя, вовсе не значит, что все такие.
— Утром ты была похожа на енота, теперь глаза, как у лемура. Ариэль, твои артистические способности просто поражают, — уведомляет Фей, когда я приземляюсь на диван в метре от него.
Если честно, не знаю, как так получилось. Я просто шла на кухню попить воды (какие там положенные два литра, их я ещё до обеда выглушила), а потом как-то машинально завернула в гостиную, услышав звуки телевизора. И вот теперь сижу на диване, слепо пялясь в мерцающий экран, но думаю совершенно о другом.
— Родители обещали приехать, — зачем-то произношу вслух.
— Хорошо, — продолжая листать каналы, откликается он.
— Что хорошо?! Я сейчас живу здесь, значит сюда они как минимум заглянут. И познакомятся с тобой!
— И? Я с тобой не сплю, значит опасаться, что твой отец попытается открутить мне нечто жизненно важное не стоит. Это Илья твой пусть боится.
Илюше тоже бояться нечего — папа у меня пацифист. И довольно современный, так что лекций на тему полового воспитания точно ждать не стоит. Тем более меня мама родила в девятнадцать, путём нехитрых расчётов получаем, что познакомились они и того раньше. А мне скоро целые двадцать два, перестарок почти, если судить по этим меркам. Да и вообще, если дедушка Георг в своё время не пристрелил «наглого выскочку», соблазнившего его молоденькую дочь, моим «хахалям» можно расслабиться.
— Ладно, Крис, заканчивай рефлексии. Фильм смотреть будем?
Я моргаю, уставившись на него удивлённо. А, точно, воскресенье-фильм-бро, помню. Но с каких пор его молчаливый игнор окончен? Господи, Фей, что же тебя понять-то так сложно!
— Будем, — пока мозг думает, уверенно отвечает язык. — Только без алкоголя, иначе меня стошнит прямо на вот этот чудный ковёр.
— Договорились, пьём колу.
— Там, кстати, где-то пачка попкорна должна валяться… Сейчас принесу.
— Эй, шестой Форсаж устроит?
— Давай что-нибудь другое, а? — кричу я в ответ с кухни, обнаруживая искомое в первом же ящике. — Я устала смотреть на мужиков, у которых грудь больше, чем у меня.
Судя по звуку, кошак нагло ржёт, но не этого ли я добивалась? Серьёзно, пусть лучше ржёт, чем прожигает таким взглядом, будто я разбила его Ауди. Уж к смеху я могу привыкнуть.
Продолжение от 30.11.2016
Смотрим мы «Пиратов Карибского моря», причём начав, почему-то, со второй части. Впрочем, я точно не в обиде, тем более Фей знакомо уже перемещается с частью подушек на пол, оставив диван полностью в моём распоряжении. И утащив большую пиалу с попкорном, но до неё я прекрасно дотягиваюсь и так, а солёный в любом случае люблю не слишком.
— И всё равно не понимаю, почему не могли актрису посимпатичнее найти, — возмущаюсь я, глядя на совершенно тускло выглядящую в таких ярких декорациях Найтли.
— Чем тебе Кира не угодила?
— Ах, Кира-а… Да тем, что рядом с такими мужчинами они просто теряется.
— Что бы ты понимала в женской красоте!
— А вот понимаю, между прочим. Это вы не способны оценить привлекательность вне зависимости от пола, а вот женщины вполне могут. Если девушка реально красивая, я спокойно это признаю.
— Ну-ка, ну-ка, и кого же ты считаешь красивой? Ну, хоть из голливудских актрис.
Ага, так я тебе и сказала.
— Нет уж, давай сначала ты, а я скажу, симпатичная она, по-моему, или нет.
— Хм… ладно! Меган Фокс?
— Серьёзно? Пластика носа, губ, груди и явно что-то сделала с кожей. Да так любую дурнушку из соседнего подъезда кинодивой сделать можно. Давай дальше.
— Мила Кунис? — почесав макушку, предлагает он.
— С натяжкой, но принято. Симпатичная, но там макияж большую роль играет. Умой — и половина очарования пропадёт.
— Ладно, я понял, ты в любой найдёшь, к чему придраться.
— Вот не выдумывай! Сальма Хайек, Деми Мур, Моника Беллуччи — чем тебе не красотки? Причём не молодые уже, а как выглядят. Понятно, что и там без пластики не обошлось, зато гармонично всё. Не думаю, что если бы у меня была туева хуча денег, я бы удержалась и что-нибудь в себе не изменила, — хотя это наверняка больно, а я себя ой как люблю.
— Нахрена? У тебя и так всё отлично.
— Комплимент на миллион просто, — «восхищаюсь» я. — Именно поэтому ты первой же назвал Фокс, которая грудь увеличила.
