Снова-здорово! Ну да ладно, посмотрим. Я перетекаю обратно к лежачее положение, которое успела сменить на время разговора и укладываю голову на сгиб руки. Так, главное не заснуть!
И засыпаю, конечно же, как по закону подлости. Во сне творится сумбур, Лёня в образе Уилла Тёрнера никак не может пересечься с Лизаветой, чьи верхние девяносто то и дело совершают возмутительные попытки выбраться из слишком маленького для них корсета. Вредная мартышка утаскивает у меня очки, те самые, о которых шла речь — узкие и в чёрной оправе, надевая их на себя и становясь похожа на не менее вредную преподавательницу по земельному праву. А Фей, возмутительно напоминающий Джека Воробья (капитана Джека Воробья, простите-простите), вновь смотрит на меня тем взглядом, после которого ощущаешь себя сволочью, забравшей у ребёнка конфету.
И спрашивает, подходя ближе, почти вплотную:
— Почему ты так упрямо не подпускаешь меня к себе?
И раз уж это сон, я не вижу причин лгать:
— Потому что когда ты во мне разочаруешься, придётся собирать себя по частям. А я мазохистка только физически немного, а морально — совсем нет.
Капитан Фей усмехается уголками губ и наклоняется, целуя меня в лоб.
Больше сумасшедшие сновидения меня не беспокоят…
Проснувшись, в первые секунды я испытываю жесточайшее чувство дежавю. Но мерцающий экран телевизора, и обстановка вокруг существенно облегчают ориентирование на местности.
Чёрт, опять уснула на диване! Часы показывают одиннадцать ноль три, в обычный день я бы в такое время ещё даже не легла, но гадкое похмелье спутало все карты, планы и иже с ними. Так что, наплевав на режим и сгрузив с ног кота (вот зараза меховая, и сюда под бочок пробрался), я поднимаюсь, желая переместиться в кровать. Но едва не падаю, запнувшись обо что-то на полу.
Блин, Фей! Вот уж кому точно спать негде! Умостился на не слишком удобных даже с виду подушках и дрыхнет, даже не проснулся, получив ногой по спине. И что прикажете с ним делать?
Моя доброта не знает границ, так что присаживаюсь рядом, слегка тряханув спящего кошака за плечо:
— Эй, ты так и будешь на полу спать? В комнату иди.
— Сейчас, Люцика доглажу, — почти и не сонно откликается он, — смотри, какие складки.
Я сдавленно смеюсь, прикрывая рот рукой, отчего звуки кажутся ещё более странными. Понятно всё с вами, господи Котов. Кота он гладит, ага. Утюгом, не иначе. В любом случае, не тащить же его насильно, пусть спит. Но вот одеяло надо принести, в качестве ответного жеста доброй воли, хотя бы…
Эх, и кому же такая заботушка достанется, а? Поусмехавшись над самой собой, я топаю в спальню Котова за одеялом, а затем возвращаюсь, осторожно накрывая его. И пользуюсь таким прекрасным случаем поразглядывать без опасения.
Не идеальный, это точно. На брата, эту мечту девичьих грёз, не похож вот совершенно. Да и брови не мешало бы немного продёрнуть, хотя представить боюсь, куда меня пошлёт Фей, подойти я к нему с пинцетом. Но как же так получается, что вот эта наглая моська, выглядящая во мне практически по-ангельски, настолько зацепила меня с первого же взгляда, да так и не отпустит до сих? Магия какая-то, вот правда.
Так, Крис, нужно заканчивать бдения над спящим телом, а то проснётся, не дай бог, стыда не оберёшься. Поводов для подколов тогда у кошака хватит на целый КВН.
Взглянув на него в последний раз, я поднимаюсь и топаю к себе, забираясь там под холодное и слишком тяжёлое, отчего-то, одеяло. И ворочаюсь часа два, не меньше, прежде чем заснуть. Лучше бы осталась на диване, право слово. У Фея как-то подозрительно хорошо получается охранять мой сон…
Ваши лайки, комментарии и подписки на автора вдохновляют нас с Музом на продолжение.
Спасибо, хорошие мои!
«Кто тебе сказал, что мы расстанемся, если мы с тобой друг другу нравимся…»
Песня, похоже, стоит у кого-то на звонке, потому как припев играет уже по третьему кругу, но тормозной владелец никак не берёт трубку.
Мы с Лизаветой просиживаем окно перед последней парой в пиццерии недалеко от корпуса, а она параллельно ещё и перекатывает задачи по уголовному праву, которые не удосужилась решить сама. Впрочем, один-один, я перед предыдущим занятием делала ровно то же самое.
— Господи, да возьми ты уже телефон! — поднимая голову от тетради, просит вдруг подруга.
— Это не мой! — конечно нет, у меня исключительно русские рок и французские мюзиклы, откуда бы взяться попсе?
— Значит, тебе подкинули в сумку чужую трубку. Бери, давай.
Слегка засомневавшись в своей адекватности (ну а вдруг это клептомания?), я всё-таки отыскиваю с трудом собственный смартфон в сумке и бросаю взгляд на экран, разом прозревая.
— Ах ты гад!
Фей, успевший оставить три пропущенных вызова, отвечает почти сразу. И, не тратя времени на приветствия, я обещаю:
— Я убью тебя.
— Опа, ещё ничего не сделал, а уже такие угрозы. Ариэль, у тебя ПМС?
— Сейчас оно у тебя будет, хакер доморощенный. Что за приколы?
— Крис, я сейчас правда не понимаю…
— Рингтон мне кто сменил?!
