Судьба Тирлинга полностью

«Я ничего не услышала», – подумала Королева почти с восхищением, но затем девочка поймала волочащуюся полу ее халата, и Королева внезапно дернулась назад, упала и сильно ударилась головой об пол. Девочка прыгнула на нее, хихикая, как ребенок, играющий в очень веселую игру. Королева схватила девчонку за горло, удерживая на расстоянии, но та оказалась сильнее взрослого мужчины и смогла вывернуться из захвата. Королева собрала всю свою силу и отшвырнула ее прочь, через коридор, приложив напоследок об стену, но секунду спустя девчонка снова была на ногах, а на ее чумазом лице сияла улыбка. Она вовсе не казалась оглушенной.

«Мне не победить», – поняла Королева. Она чувствовала, что слабеет. Из раны на запястье струилась кровь; она прижала к ней полу халата, пытаясь остановить кровотечение, и нащупала что-то твердое в кармане: это были сапфиры Тира.

– На тебя весело охотиться, – прошепелявила девчонка, и ее глаза больше не были тусклыми и безжизненными; в них светилось ликование, такое мрачное, что скорее походило на безумие. – Веселее, чем на других.

Королева снова бросилась бежать по коридору. За ней с хохотом неслась девчонка. Королева добралась до двери в конце коридора и захлопнула ее за собой, а затем снова бросилась бежать, чувствуя, как каждый вдох разрывает ей грудь. За спиной она услышала треск ломающегося дерева, но в двух шагах от нее были двери в тронный зал, отлитые из лучшей мортийской стали, с надежным стальным замком. Конечно, и они не продержатся долго, но у нее, по крайней мере, появится возможность перевести дух и решить, что делать. Она, спотыкаясь и хромая, преодолела порог, а затем, судорожно пытаясь отдышаться, захлопнула за собой двери и тут же опустила засов.

За ее спиной послышалось тяжелое дыхание. Королева повернулась и увидела, что прямо на ее троне сплелись в объятиях обнаженные мужчина и женщина, увлеченные друг другом и не замечающие ее присутствия.

– На моем троне, – прошипела Королева, и ее голос призрачным эхом разлетелся по залу, растаяв в углах. Женщина подняла мокрое от пота лицо, и Королева узнала в ней Джульетту.

– В-ваше величество, – заикаясь, пробормотала она.

– На моем троне! – взвыла Королева, забыв о своих ранах, слабости и даже о преследующей ее девчонке. Она мысленно подхватила Джульетту, швырнув ее через весь зал прямо в стену. Позвоночник Джульетты хрустнул, и ее мертвое тело рухнуло на пол, все еще конвульсивно подергиваясь.

Королева повернулась к мужчине, который скрючился на троне, поджав ноги и пытаясь прикрыть рукой обмякший член. Зрелище было настолько жалким, что Королева начала смеяться. Она подумала, что он, должно быть, один из дворцовых стражей, но точно сказать не могла. В любом случае, он был настолько мелкой сошкой, что ей не удалось воскресить свой гнев. Обычно в тронном зале даже посреди ночи стоял караул. Но не теперь. Королева больше не смотрела на мужчину, который сполз с трона и, забившись за его спинку, с ужасом выглядывал оттуда, прикрывая глаза рукой. Она повернулась к изломанному телу Джульетты и почувствовала легкое сожаление; даже помощь Жюли была бы лучше, чем ничего.

Грохочущий удар сотряс стальные двери тронного зала. Королева дико огляделась вокруг, ища какое-нибудь оружие, и лишь затем осознала всю бессмысленность поисков; мечом это существо было не победить. Даже магия не смогла причинить ей вреда. Королева сунула руку в карман и вытащила сапфиры; может быть, теперь, когда она в опасности, они отзовутся… нет, ничего. Их сила все так же была за пределами ее досягаемости. Только один человек знал, как их использовать.

Очередной удар сотряс дверь. На этот раз он был такой силы, что на стальной поверхности двери осталась глубокая вмятина. Королева бросилась бежать: сквозь огромные двойные двери, в широкий коридор, выходящий к Главным воротам. Ей нельзя выходить за ворота; у Дворца уже несколько дней продолжала собираться огромная толпа, которая разорвет ее на клочки при малейшей возможности. Но были и другие выходы из замка; Королева, считавшая предусмотрительность достоинством, хорошо подготовилась к этому дню, хоть и верила, что он никогда не наступит.

Бежать, шептал ее разум, и она бежала, шлепая босыми ногами по плитам коридора. Бежать прочь. Эта мысль заставила Королеву зарычать, но избавиться от нее не удалось. Она бежала, оставляя за спиной свою власть, свой Дворец, который она возводила камень за камнем. На его постройку ушло более пятнадцати лет, и она назначила архитектору, человеку по имени Кландер, пожизненное содержание за эту работу. Дворец был не только местом сбора ее правительства, он значил для нее намного больше: именно здесь она могла забыть о своей юности, смыть с себя воспоминания о несчастливом детстве в Тирлинге, начать свою историю с чистого листа. Она не могла поверить, что конец пришел так быстро.