– Я надеюсь. – Рэйчел уткнулась головой в грудь сына.
Карли отвела взгляд. Теперь она точно знала, что Дэй умеет сопереживать, и от этого ей сделалось не по себе.
На самом деле ей стоило оставить мать и сына вдвоем, как только станут известны последние новости о состоянии Бенсона. Ведь у нее не было личных причин оставаться в больнице.
– Рэйчел Джеймс? – В дверях появился хирург. – Я могу проводить вас к отцу.
– Правда? Я могу увидеть его?
Врач кивнул, приглашая мать Дэя следовать за ним по коридору.
Когда они ушли, в маленькой приемной воцарилась тишина, и Дэй остро почувствовал присутствие Карли.
– Спасибо тебе за все, что ты сегодня сделала, – хрипло произнес он.
– Мне за это платят. Я только жалею, что не измерила его давление перед тем, как вы ушли в библиотеку. Возможно, я могла бы предотвратить удар.
– Если кто-то и виноват, то это я, – коротко ответил Дэй.
Карли изумленно уставилась на него.
– Нет, вовсе нет, это я отвечала за его здоровье. Это моя работа.
В ее голосе прозвучала странная грусть, и ему вдруг отчаянно захотелось подойти к ней и крепко обнять. Однако ледяное отчуждение, плотной аурой окружавшее Карли, удержало его.
– Непростой выдался денек. – Она вздохнула. – И операция длилась дольше, чем я ожидала.
Дэй нахмурился.
– Это хорошо или плохо?
– Ни то ни другое. Я просто констатирую факт, – ответила она. – Самое главное, что хирург доволен результатом. Это хороший знак.
– Мне кажется, врачи ведут себя как агенты по продаже недвижимости, – мрачно заметил Дэй. – Они предпочитают говорить то, что ты хочешь услышать.
Карли слабо улыбнулась.
– Они стараются вести себя этично.
– Спасибо, что осталась… Это много значит для мамы. Для меня.
– Я… я очень привязалась к Бенсону за эти несколько недель. Он… – Карли быстро взглянула на Дэя. – Он не такой плохой, как ты думаешь.
Дэй и не думал. На самом деле он уже успел полюбить старика.
– Ты по-прежнему считаешь меня отъявленным мерзавцем? – хрипло спросил он.
Карли удивленно взглянула на него.
– Нет, я так не считаю. – Она помолчала. – Я думаю… я думаю…
Она умолкла и опустила глаза.
Дэй почувствовал, как все у него внутри сжалось. Ему захотелось обнять ее. Поцеловать.
– Рыжая, я…
– Он жив! – радостно воскликнула Рэйчел, падая в одно из кресел в приемной. – Но он выглядит таким измученным. Когда он проснется? – обратилась она к Карли. – Хирург ничего мне толком не ответил.
– Я пока не видела его карту и ничего не могу сказать, но точно знаю, что сейчас он в надежных руках.
– Я знаю. Спасибо за все, что ты сделала. Думаю, он бы не выжил без твоей помощи.
От этих слов Карли ощутила облегчение и радость.
– Ты выглядишь усталой, мама, – заметил Дэй. – Давай я отвезу тебя домой?
– Я не поеду сегодня домой. Я остаюсь здесь.
– Не упрямься, тебе надо поспать, и Карли уже сказала, что они еще не скоро выведут его из комы.
– Это не важно. Я могу разговаривать с ним. Он ведь поймет, что я здесь, правда, Карли?
Карли печально взглянула на Дэя, прежде чем ответить.
– Есть предположение, что пациенты, находящиеся в коме, могут слышать, что происходит вокруг, – осторожно сказала она. – Но они могут ничего не помнить, когда придут в себя. Такое случается.
– Тогда я остаюсь.
Дэй мрачно уставился на мать.
– Я останусь с ним. Вам с Карли надо отдохнуть.
– Делай что хочешь, Дэй. Я приняла решение.
– Отлично. – Он обернулся к Карли: – А ты?
Карли вздрогнула, когда он снова уперся в нее взглядом своих небесно-голубых глаз, и проглотила ком в горле.
– Что – я?
– Тебе есть где переночевать?
Карли даже не успела подумать о том, где остановится.
– Со мной все будет в порядке, – торопливо ответила она.
– Да или нет? – проворчал Дэй.
– Я сказала…
– Значит, нет, – решил он. – Ты можешь переночевать в моей квартире. И я знаю, что ты очень голодна, потому что с самого утра ничего не ела, так что не спорь.
Карли удивленно посмотрела на него. Она не могла остаться в его квартире. Лучше она снимет номер в отеле. У Карли были знакомые в Лондоне, но она не могла явиться к ним домой без предупреждения в девять вечера.
– Я справлюсь, – решительно повторила она.
– У Дэя прекрасная квартира, Карли, она огромная. Тебе там будет удобно.
Как только Рэйчел встала на сторону Дэя, Карли поняла, что эту битву ей не выиграть.
– С моей мамой трудно спорить, – заявил Дэй, распахивая перед ней дверь приемной.
– Теперь я точно знаю, от кого ты унаследовал такую настойчивость, – печально пробормотала Карли в ответ.
Дэй расхохотался.
– Не думал, что я такой же несносный, как и моя мать.
Карли с трудом скрыла улыбку и уселась в лимузин Дэя, ждавший их у больницы. К счастью, дороги оказались относительно свободными, им удалось избежать пробок, и они буквально через несколько минут добрались до роскошного дома Дэя.
Дэй поприветствовал элегантно одетого швейцара и нажал на кнопку лифта.
– Последний этаж? – поинтересовалась Карли, едва сдерживая волнение, охватившее ее при мысли, что скоро они останутся наедине.
– Двухуровневый пентхаус.
– Для одного человека? – Карли изумленно смотрела на него. – Или ты хочешь сказать, что у тебя шестнадцать детей?
