Потому что он не собирался выставлять себя полным идиотом, который вознамерился переспать с женщиной после того, как его дед чуть не умер. Так мог поступить только бесчувственный чурбан.
Итак, шорты или тренировочные штаны? Что лучше? И какую рубашку выбрать, с коротким или длинным рукавом? Он не…
– Черт, приятель, она ведь не на модный показ собирается, – заметил он, хватая с полки тренировочные штаны и тенниску. Он посмотрел на себя в зеркало. – Поешь и иди спать. Один. Едва ли тебе светит что-то серьезное.
Он положил аккуратно сложенную одежду на ее кровать. А затем взял ее вещи, стараясь не обращать внимания на цветочный аромат, исходивший от одежды, и на звук льющейся воды в душе. Тихо закрыв за собой дверь, Дэй отправился на кухню.
Когда ужин был почти готов, он обернулся и заметил, что Карли стоит в дверях. Он выбрал для нее самые маленькие вещи, но они все равно оказались слишком широкими и длинными. Просторная тенниска, свисавшая ниже ее бедер, съехала с ее изящного плеча, а штаны… Должно быть, она закатала их на талии, но они все равно свободно болтались на ее бедрах и едва не волочились по полу.
Кроме того, Карли собрала волосы в тугой хвост, словно демонстрируя ему, что не желает произвести на него впечатление. Она сильно отличалась от женщин, с которыми Дэй обычно встречался. Те всегда уделяли огромное внимание своей внешности.
Он крепко сжал деревянную ложку, которую держал в руке.
– Проголодалась?
Он сам был голоден как волк, но знаменитый пирог Бриджит не смог бы сейчас утолить его голод.
– Очень.
И Дэй тут же представил, как она медленно подходит к нему и шепчет, как сильно хочет, чтобы он усадил ее на стол и сорвал штаны с ее длинных, стройных ног.
– Садись. – Он указал на стул в уютном уголке кухни, жалея, что не надел джинсы вместо мягких хлопковых брюк.
– Итак, почему ты выбрала медицину? – спросил он, попробовав соус.
– Мой дед был врачом, в детстве мне очень нравился его маленький черный саквояж и все, что в нем лежало.
Дэй улыбнулся. Он ясно представил ее себе с рыжими косичками и веснушками на носу.
– У тебя были веснушки?
Она посмотрела ему в глаза.
– Ты спрашиваешь потому, что у меня рыжие волосы?
– Да. А почему же еще?
Ее взгляд сделался обиженным.
– Да, были. Мама всегда говорила, что они побледнеют, потому что у меня скандинавская кровь, и, к счастью, оказалась права.
– И кто же у тебя викинг?
– Мой отец. И ему нравится, когда его так называют. Он считает себя несокрушимым и гордится, что не похож на обычных изнеженных ученых. – Карли улыбнулась. – Да, он такой.
Дэй не мог отвести глаз от ее лица, которое удивительно преобразилось, когда она заговорила об отце.
– Значит, ты из семьи интеллектуалов?
– Думаю, да. Моя мама – учительница, а…
Она умолкла, и Дэй заметил, как она напряженно уставилась на тарелку, будто заметила на ней муху.
– А… – подсказал он ей.
– Нет, ничего.
– Знаешь, Рыжая, с тобой иногда очень сложно разговаривать. Это как пытаться добыть кровь из камня.
На ее губах промелькнула слабая улыбка, и Дэй почувствовал непреодолимое желание прикоснуться к ней. И не успел он опомниться, как ухватил девушку за подбородок и, наклонившись через стол, нежно поцеловал ее в губы. Это было волшебно, и больше всего на свете ему хотелось снова раствориться в ее нежности.
Медленно и неохотно он отодвинулся. Карли смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами.
– Зачем ты это сделал?
– Ты была такой грустной.
Она принялась покусывать губу. Дэй понимал, что она не замечает, что делает, а тем более как это влияет на него.
– Я хотела сказать, что моя сестра была социальным работником.
– Была?
– Она умерла год назад.
Дэй непроизвольно сжал ладонь Карли.
– Прости, Рыжая. Как она умерла?
– У нее была редкая форма лейкемии.
Карли отвела взгляд, и Дэй молчал, чувствуя, как его сердце переполняет искреннее сочувствие ее беде.
– Это очень тяжело. Хочешь поговорить об этом?
– Нет. Спасибо, я… – Карли потерла лоб. А другой рукой стиснула его пальцы, словно наконец решила довериться ему. – Все произошло так неожиданно. Еще сегодня Лив была здорова и помогала нуждающимся детям, а на следующий день ее не стало. – Она с трудом проглотила ком в горле. – Врачи пытались, но… – Она поморщилась. – Они оказались бессильны, и я… – Она глубоко вздохнула, глядя куда-то вдаль.
– Ты тоже не могла ее спасти, – тихо произнес он.
Карли взглянула на него, удивляясь тому, что он так хорошо ее понял. Но это оказалось не так уж трудно. Ведь он только о ней и думал.
– Да, – хрипло ответила она. – И сейчас я не знаю, что делать дальше. – Она криво усмехнулась. – Я подумывала уйти из медицины, но что-то меня останавливает. Наверное, долгие годы учебы.
– Зачем тебе уходить из медицины? – Дэй нахмурился. – Потому что ты считаешь, что подвела сестру?
– Я и правда ее подвела, – тоскливо прошептала Карли. – Когда она сказала, что хочет попробовать нетрадиционную медицину, я отговорила ее. Убедила довериться ее доктору. Я сказала, что ему лучше знать, как ее лечить. – Она отдернула руку и положила ее на колени. – Если бы я не вмешалась…
